Мария оказалась обладательницей самой извращённой фантазии среди моих жён, а ведь я помню её совсем невинным ребенком, который краснел от прикосновений ко мне и мило стеснялся своих «порочных» желаний привлечь моё внимание своими, как она считала, сверх меры обнаженными плечиками.

А поди ж ты, её, выходит, в некотором смысле заводит зоофилия. Но в оправдание и защиту собственному положению, в котором она оказалась, Мария ставит то, что это ведь не её вина, что она стала невинной жертвой похотливого, развратного, жадного и властного дракона, который сумел хитростью втереться в доверие к её отцу и соблазнить такую непорочную деву, как она.

Какая же она всё-таки забавная. Всё же воспитание в строгости католических догм не позволяют ей признать собственную порочность и извращенность.

Наши забавы длятся уже третью неделю, но при этом никто даже не думает подавать признаков усталости и желания выпадать из нашей оргии. И в немалой степени этому виной наши нерожденные детки. Они с упоением поглощают тот дикий коктейль различных энергий, которые генерируют наши души в процессе резонанса в моменты близости и оргазмов, вот только вся эта сила несёт в себе след/отпечаток страсти, похоти, любви и нежности одновременно. Уж не знаю, как это скажется на них в будущем, когда малыши родятся, но размышляя на этому тему, мне сложно поверить в то, что подобный эмоциональный состав может негативно сказаться на детках. Зато наблюдая и отслеживая картину того, как они жадно пьют силу из окружающего фона, благодаря которой развитие плодов идёт стремительными темпами, я уверенно мог заявить, что на этапе эмбрионов им только на пользу то, как их родители выражают к друг дружке свою любовь и чувства.

Но даже сейчас, когда присутствует постоянный отток свободной энергии из окружающего пространства, защита спальни с трудом справляется с удержанием её в своих стенах, дабы она не вырвалась вовне и не стала крушить менее защищённые зачарованные участки дворца и иных сооружений подземного города поблизости.

А вообще, невозможно передать словами и объяснить то удовольствие и счастья охватывающие меня в момент моего одновременного единения со всеми женами одновременно. И тут я имею в виду не только о самом количестве и насыщенности получаемых тактильных, телесных наслаждений от контакта с четырьмя красавицами. Я о соприкосновении и резонансе наших душ. Но раз мне так хорошо от этого, то почему же тогда я ранее не преминул возможностью творить оргии посредством использования своих клонов? Как бы поточнее и образнее сформулировать. Хм… да, пожалуй, так будет верным и сравнение подходящее. Я не воспринимаю клонов как часть себя, они ведь всего лишь големы, магические конструкты, к которым я имею прямой доступ и могу в некоторой степени через них ощущать реальность. А допустив их до тел своих жён, я бы тем самым расписался в собственной несостоятельности. Словно бы подарил им интимные игрушки, имея только возможность после наблюдать за их забавами с ними по видеозаписи. Одно дело использовать игрушки в совместных забавах, но допускать возможность того, что моим женщинам потребуется подобное в моё отсутствие, это расписаться в собственной никчемности. Уж пусть лучше просто друг с дружкой снимают сексуальное напряжение, если таковое возникнет. Это что касается вопроса почему я не делегировал клонам некоторую часть обязанностей по удовлетворению моих жён и получению через них приятных воспоминаний. А в наших совместных, при моём участии, актах близости я не использовал их из-за того, что они бы просто развеялись от творящегося энергетического беспредела, рождаемого нашими душами в момент единения и резонанса.

Зато собственные тела — это уже совсем другое дело. Они неотъемлемая часть меня и продолжение моей души, каждое из них есть часть моей первой оболочки, физического тела. Такие вот дела.

Эхх… Но как бы мне не было хорошо с моими женами, вот только у меня сегодня предстояла встреча, которую было бы невежливо пропускать или отправлять на неё своего клона. Так что пришлось одному из моих тел заставить себя покинуть сладко стонущих красавиц, которые потеряли всякую разумность и сейчас представляли собой концентрированные сгустки порочности и похоти, а мне «одиннадцатому» отправляться на переговоры с Альфонсо. И это будет для меня непростой задачкой, ведь мне придётся выделить и защитить некоторую часть своего ментального тела, а вместе с ним и иные оболочки души, дабы не выдать происходящих с моей душой «катаклизмов» из-за реакции на близость с женами, которая по всей видимости продлится ещё приличное количество времени. Мои красавицы и не думают прекращать наш разгул, а собственное драконовское либидо только и радо подобному.

Но огромным усилием я заставил часть себя прекратить думать и участвовать в разврате, уделив внимание предстоящей встрече с Альфонсо, а разговор у нас будет интересным и волнительным. Точнее он будет таковым для моего побратима, ведь это ему придётся каким-то образом суметь совладать с буйным нравом своей драгоценной Любавушки.

— Здравствуй, брат. Признаться удивлён тому, что ты прислал мне свой патронус и просишь официальной встречи. Я уже и думать боюсь о причине, по которой ты это сделал. Что случилось?

Ух, как он был напряжён сейчас, а ведь должен ведь понимать, что бы там не случилось, ему с моей стороны ничего угрожать просто не может. Всё же мы побратимы и даже бытие богом не даёт мне возможности хоть как-то обойти эти узы с клятвой и причинить вред ему, а также замышлять что-то против его семьи. А тут я не как обычно, словно снег на голову, а прошу о встрече официальной. Подозрительно!

— Успокойся, друг. Я всего лишь пришёл к тебе в качестве свата. И не нужно делать такого удивлённого лица, всё же именно к моей личной ученице у тебя проскальзывает, и это ещё мягко сказано, недвусмысленный интерес. И заметь, она благосклонно принимает твоё внимание. Именно это и привело меня к тебе. А я, как тот, кто отвечает за неё перед лицом мироздания, обязан позаботиться о том, чтобы её личная жизнь сложилась и была счастливой, — И по мере сказанных мною слов лицо Альфонсо переменило на себе множество эмоций, от паники и удивления, до шока и радости. Мда… Вроде бы уже старый зубр, седьмой век как небо коптит, а так легко читаем.

— Неужели мой интерес был столь очевиден? — понуро спросил он, но вдруг резко подлетев с кресла, начал нарезать круги по кабинету бубня себе под нос, — Так вот оно в чём дело… Ну Любава, ну… Но погоди, если она тоже обо всём догадывалась, то почему… — Но вдруг осёкся, не закончив свою мысль, вспомнив, что он в кабинете не один. Но не нужно быть Вангой, чтобы закончить её за него. Он был удивлён тому, что Любава не применила к нему физических мер, а ведь она очень импульсивная и темпераментная женщина. Вот и ломал он голову, почему всё это время ему от неё не прилетело, раз все видели его чувства в отношении Сильвии Гринграсс.

— Помнишь некоторое время назад я попросил пройти тебя ритуал. Но ты был тогда столь увлечён, что даже не поинтересовался у меня о его назначении, удовлетворившись ответом, что он диагностический. Так вот, он и вправду был диагностическим, только вряд ли ты мог предположить, что его целью является выявления судьбоносных и нерушимых связей, предназначенных нам мирозданием, — Блин, какой же он порой простофиля и балбес! И это, Мордред меня подери, ужасный демонолог и темный маг!

— И ты мне ничего не рассказал о его результатах? И почему я о нём ничего не знаю?! — Бранс был возмущен и словно маленький ребенок обижен на меня за мои действия и утаивание от него такой интересной и важной информации.