И наверное стоит заняться этим миром ещё до того, как случится ожидаемое столкновения с Пылающим Легионом. Моя драконья гордость, сволочь такая, всё время подтачивает мой здравый смысл и теперь даже мысли не допускает, что какой-то там Падший Титан может нам чем-то угрожать. Она наоборот жаждет скорейшей с ним встречи, дабы познакомить поближе идиота с моей прожорливой сутью Ёрмунганда, которая уже облизывается на вкусные обед, который сам решил пролезть к нам в пасть!

Приняв решения, я не стал откладывать дело на потом, тем более что всё так удачно сложилось. В данный момент Майкл Пирс (ученик первого курса Пуффендуя) со своим барсучатами и орлятами находился на лекции по Традициям Магического мира, которую вёл мой иллюзорный клон.

— На этом сегодняшняя лекция подошла к концу и я очень надеюсь, что Вы ребята окажетесь не менее разумными молодыми людьми, нежели предыдущие курсы, и примите мои слова к сведению. А это означает, что Вы очень внимательно ознакомитесь с рекомендованной к немедленному изучению литературой из предоставленного Вам списка, которую легко можно отыскать в нашей библиотеке, — Я уже находился в аудитории, подменив собой настоящим тело иллюзорного клона и сейчас давал последние на сегодня наставления после первой лекции, прочитанной для первачков барсуков и орлят.

Услышав от детей посыпавшиеся вразнобой заверения, что они-то уж точно не дурачье и обязательно прочтут всё из советуемого мною для ознакомления с магическим миром изданий, я, дождавшись сигнала об окончании пары, отпустил их на обед, но перед этим попросил задержаться Майкла Пирса. Естественно, это не осталось незамеченным остальным учениками и привлекло к пацану внимание. Но так как головы ещё в своём большинстве по сути детей в данный момент были заняты больше предстоящим обедом, то мне даже не пришлось накладывать чар приватности на дверь, так как никто дожидаться Майкла не стал, и подслушивать нас было просто некому.

— Садись, Майкл, ведь нам с тобой предстоит долгий разговор.

Обратился я к заинтересованному своим задержанием Мацуде-Мори-Майклу, воплотив позади него удобное кресло с мягкой сидушкой и спинкой, идеально подходящее к его росту и габаритам. Стоило же парню осмыслить сказанное мной, а также оценить жест с креслом позади себя, как оябун Мацуда мгновенно подобрался, и пусть его лицо оставалось расслабленным, ни одна мимическая мышца не напряглась, вот только весь его опыт сложных переговоров и встреч из бытности главы якудзы и темной гильдии вопили о том, что разговор нам предстоит серьезный и не простой.

Парень не был напряжён, а уподобившись бамбуку был готов гнуться, но не ломаться, при этом имея высокую стойкость и возможность сбросить с себя практически любой груз. Именно этой травой себя сейчас ощущал Мацуда, желая сохранить трезвость мысли, ожидая начала разговора. При этом всё тело было расслабленным и не говорило о его ментальной собранности и предельной внимательности ко всему происходящему сейчас в кабинете.

— Перед тем, как я приступлю к основной теме разговора, тебе следует прочесть этот пергамент, а после ознакомления поставить свою подпись внизу рядом с моей. Это договор о неразглашении предстоящего разговора, после того как ты по его завершению покинешь стены этого кабинета.

По факту, предоставляемый мною к подписанию Майклом договор о неразглашении был фикцией, а если точнее, то он мне не был сейчас прямо-таки жизненно необходим в моём желании сохранить в конфиденциальности предстоящий разговор. Я, будучи верховным богом местного мироздания, мог без особых проблем и без согласия второй стороны связать её обязательством. А так как Мацуда не обладал восьмой оболочкой души, это было совсем не сложно. Договор же был нужен для того, чтобы продемонстрировать своё расположение. Одним из пунктов, оговоренных в нём, было то, что поведанная мною сегодня Мацуде информация является только правдой.

А в силу того, что Майкл родился и вырос в семье двух волшебников, где отец чистокровный в третьем поколении и лишь мама маглорожденная, парень был подкован на уровне обывателя по теме клятв, обетов и магических договоров.

Внимательно прочитав текст, ознакомившись с его условиями и убедившись в отсутствие там двойных толкований, Мацуда поставил свою подпись рядом с моей в пергаменте, а далее всем своим видом показал готовность слушать.

— Майкл, у меня к тебе имеется просьба. Ты обладаешь кое-чем, что меня интересует, и будь ты простым разумным, я бы взял это без твоего согласия и проделал всё таким образом, что ты бы этого даже не заметил и ничего о данном происшествии не узнал. Но тебе повезло, парень. Твоя личность показалась мне интересной и заслуживающей моего уважения с признанием, так что я посчитал справедливым честно тебя отблагодарить.

— О чём Вы, профессор Дрейк? — Никаких переживаний парень не испытывал и ему действительно было интересно, что же у него такого имеется, что могло меня заинтересовать. Мацуда был далеко не глупым разумным, иначе бы не достиг вершин в своей первой и второй жизни, которые помнил. А потому сейчас терялся в догадках, что такую личность как я могло привлечь в нём. Причём о том, что мне могло быть известно о наличие у него памяти о прошлых перерождениях, он даже в принципе не допускал подобной мысли. Отец мальчика является штатным легилиментом английского Министерства Магии и как-то отец ему поведал, что у него имеется невероятный по своей прочности природный окклюментный щит и что его невозможно обойти, не уничтожив при это личность мальчика. Но даже чтобы взломать этот щит с фатальными последствиями для самого Майкла необходимо быть монстром в ментальной магии похлеще Дамблдора. Вот и был мальчик уверен в инкогнито своего перерождения, ведь сам он никому в этом мире даже не думал рассказывать об этом. А ещё он, зная обо мне общеизвестные факты, прекрасно понимал, что моя просьба была фарсом, так как мне не составит труда с моим влиянием забрать у него желаемое и сейчас его просто поставили перед фактом, когда его согласия и не требуется вовсе.