— Чего это они? — растерянно спросил княжий родич, как всегда забыв поздороваться, кивнув на замерших у крыльца.

— Говорила же, что женить его пора. Вот и суженая сыскалась.

— Градислав дочь не отдаст.

— Отдаст как миленький. Постараюсь, так и просить станет, — фыркнула я, любуясь молодыми, но не забывая и об основном деле. — Ты вот что, уважаемый, пока я с ними разберусь, найди возок понаряднее да двух-трех тёток попроворнее, кто умеет за девицами ухаживать. Пусть захватят плащ дорогой и яркий, голубой или белый. Стражи выдели человек пять, для почёта, и подгони всё это сюда побыстрее. Сможешь?

— Ты девицу увозом взять хочешь, что ли?! — вытаращил на меня глаза Здеслав.

— Тьфу на тебя, охальник! Это не для Велизары, а для другой. Для невесты Кощея. Будешь у них на свадьбе посажёным отцом?

Несчастный чесал затылок, не успевая за ходом моих мыслей и предполагаемых событий. Невесты, свадьбы, Кощей и он в качестве почётного гостя.

— Здеславушко-миленький, некогда объяснять. Сделай, как просила, потом подробности расскажу.

— Так куда возок с мамками и стражей пригнать?

— Невесту Кощея будем забирать от старой бани, что за северной стеной, — медленно, чуть ли не по слогам объясняла я вконец обалдевшему мужику. — Как туда быстрее проехать — не знаю.

— Так через северные ворота самый быстрый путь, — взбодрился собеседник, когда стало понятно, о чём речь.

— Не видела там ворот, когда на ступе кружила.

— Секретные они. Не для всех.

— Вот и славно. Я ничего не слышала, не видела и никому не расскажу. Только ты, родненький, поторопись!

Здеслав схватил повод своего коня из рук Хотена, вскочил в седло и ускакал, подняв пыльные вихри за собой на дороге.

— Здравствуй, свет мой ясный Акамир Финистович, — подошла к князю, который уже держал в своей ладони пальчики Велизары. — Хорошую я тебе невесту выбрала?

— Прекрасную, бабушка! Так хороша, что готов сейчас жениться!

Боярышня, выпростав руку из нежного плена, кокетливо покосилась на князя и с усмешкой ответила:

— Ты бы прежде у батюшки спросил. Вдруг не захочет отдать меня за пришлого?

— Сама-то ты как хочешь? Пойдёшь за меня, Велизара Градиславовна?

— А ты посватайся! — крутанулась на каблучках, хлестнула косой и убежала в тень открытых дверей терема.

— Князь, — подергала за рукав Акамира, с тоской смотрящего вслед девице. — Ты соображать сейчас адекватно можешь или уже нет?

— Как? — переспросил парень, приходя в себя, отреагировав на незнакомое слово.

— Здраво!

— Могу. Ты о клещах хочешь поговорить? — фокусируя взгляд на мне, спросил князь.

— И о клещах тоже. Знаю заклинание, как от паразитов избавиться, но, чтобы заклинание подействовало на все Заречье, нужно много силы колдовской. У меня столько нет. Позволь, я Кощея позову в помощь?

— Ни за что!

Скоропалительное, необдуманное заявление разозлило меня до голубых искр на ногтях. Их я сдержала, а вот язык нет:

— Ну и пусть вас клещи заедят!

Повернулась, взметнув юбкой пыль под ногами, и собралась было к ступе хромать, когда Акамир сказал задумчиво, слова растягивая:

— Он тоже так сказал: «Пусть вас клещи заедят!»

— Кто? Кто так сказал и почему? — вернулась к князю, решив сменить гнев на милость.

— Злодей, которому голову срубили за то, что со товарищи на боярина Комова напали, людишек его побили и самого чуть не до смерти ранили.

Вот оно как, оказывается. Проклял человек перед смертью лютой всё княжество скопом, пожелав в сердцах, а я голову ломаю, кто заклятие наложил. Быстрее всего, еще и обидой скрепил посыл. Да и так ли уж виновен он был?

— Сами признались или видел кто?

— Сами, на дыбе, — по-прежнему задумчиво, глядя куда-то вдаль, ответил парень.

Наверное, пришлось присутствовать на допросе и страшная картина всё ещё перед глазами стоит.

— На дыбе и невинный себя оговорит, дабы мучения скорее кончились, — проворчала я. — Всем головы порубали?

— Главарю только, а тех повесили.

— Расточительно ты к человеческому ресурсу государства относишься, княже.

— О чём ты, старушка?

— Говорю, похоже, что людей тебе девать некуда. В избытке народу в княжестве.