— О, Дикон, ты сделал это для меня. Я никогда не забуду…

Обычно я не слезлива, но на этот раз слезы стояли у меня в глазах. Я видела, что и он с трудом справляется со своими чувствами.

— На дорогах опасно, — сказал он. — Одинокая девушка… — И он начал седлать другую лошадь.

— Дикон… что ты делаешь?

— Поедем вместе. Как же я отпущу тебя одну? Мы окунулись в морозный утренний воздух.

— О, Дикон, ты не должен! Подумай, что ты делаешь…

— Некогда разговаривать. Поехали… галопом… Надо как можно скорее отъехать отсюда.

Я знала, что нахожусь в опасности. Якобиты могли меня убить, если бы, вернувшись, нашли меня там. Действительно, нельзя было задерживаться. Они отступили и должны немедленно выехать в Шотландию. Им не захотелось бы тратить на меня времени, но, с другой стороны, вряд ли бы они меня отпустили. Да, мне грозила опасность. Но я еще никогда в жизни не была так счастлива.

Подковы наших лошадей звенели на морозной дороге; было весело скакать рядом с Диконом. Сельская местность была даже красивее, чем весной. Черные кружева ветвей сплетались на фоне неба, серые кисточки орешника дрожали на ветру, жасмин у дверей коттеджа уже пускал желтые ростки — все это завораживало меня. Я слышала песню жаворонка, парящего над полями. Странно, что в такой момент я замечала подобные детали. Может быть, это потому, что Дама-рис научила меня ценить красоту природы.

Так или иначе, я была счастлива, и мне не хотелось заглядывать вперед. Дикон и я уехали вместе, он спас меня, но какой ценой для себя — я могла только догадываться.

Днем он предложил сделать остановку:

— Надо не только нам самим отдохнуть, но и лошадям дать отдых.

Мы вошли в трактир под названием «Рыжая корова», согласно вывеске, скрипевшей над дверью.

— Если кто-нибудь спросит тебя, — предупредил он меня, — мы брат и сестра, живем в Торли Мэйнор. Никто никогда не усомнится в этом, так как, насколько мне известно, Торли Мэйнор не существует. Мы едем к нашему дяде в Йорк. Наши грумы с вещами едут впереди нас Мы — Клара и Джек Торли.

Я кивнула. С каждым моментом приключение становилось интереснее.

Властным тоном Дикон приказал накормить и напоить лошадей. Потом мы вошли в трактир. Час, который я провела в гостиной трактира, был самым счастливым. Огонь в большом камине давал тепло и уют; жена трактирщика принесла нам чашки с гороховым супом, горячий ячменный хлеб с беконом и сыром и две больших кружки с элем. Никогда, даже в голодные дни в Париже, еда не была такой вкусной. В гостиной трактира «Рыжая корова», что на пути в Йорк, был рай, и мне не хотелось покидать его.

Я смотрела на Дикона с откровенным восхищением. Мы были счастливы, что мы вместе, и нам не хотелось думать о том, что может принести нам этот импульсивный поступок. Для Дикона это, скорее всего, означало катастрофу. Он предал своего дядю, который был его опекуном; он изменил делу якобитов; и все это он сделал ради меня.

Древние часы в гостиной шумно отсчитывали минуты. Они постоянно напоминали, что время бежит. Хотелось бы мне остановить их!

Я сказала:

— Я бы осталась здесь до конца жизни.

— Я тоже, — откликнулся Дикон.

Мы молчали, думая об этом блаженном моменте.

— Скоро надо выезжать, — сказал наконец Дикон. — Нам нельзя так долго оставаться.

— Ты думаешь, они будут преследовать нас? Он покачал головой.

— Нет. Им надо ехать на север… в армию. Вторжение в Англию будет позднее.

— А ты, Дикон?

— Мне нужно быть с ними.

— Давай еще немного побудем здесь.

Он покачал головой, однако не сделал попытки встать. Я смотрела на пламя в камине, рисующее фантастические картины замков и всадников — такие же красивые и волшебные, как и вся эта гостиная.

Вдруг я заметила, что небо потемнело и за окном летят снежинки. Я промолчала об этом, потому что Дикон сразу же сказал бы, что надо немедленно ехать.

Вошла жена трактирщика, полная, краснолицая, улыбающаяся женщина в домашнем чепце на растрепанных волосах.

— Ветер поднялся, — сказала она. — Дует с севера. «Дует ветер с севера — будет много снега», — так говорят. Вам далеко ехать?

— До Йорка, — ответил Дикон.

— Господи помилуй! Вы не попадете туда до темноты. Вас застанет снегопад, если попытаетесь сегодня добраться туда.

Дикон подошел к окну: снег был очень густым. Он в отчаянии повернулся ко мне.

Я сказала:

— Может быть, нам остаться здесь на ночь? Мы можем заплатить? Дикон кивнул.

— Ну что ж, ваш отец, наверно, предусмотрел это. Вы живете поблизости?

— В Торли Мэйнор, — храбро сказал Дикон.

— Не слышала о таком. Издалека приехали?

— Около двадцати миль.

— Тогда понятно. Господин Торли, если вы заплатите мне сейчас, я приготовлю вам комнату. Никаких затруднений.