[Маг — 275 уровень]

Райз была единственным человеком, которого она не могла опознать в группе, что фактически делало ее третьей по уровню участницей в их маленькой рейдовой группе.

Если не считать двух монстров, которые ушли сами по себе, подумала она про себя. Илея была, ну, она была Илеей. Фелиция наблюдала за ее борьбой и ростом, быстро поняв, что эта женщина достигнет высот, которых она сама никогда не увидит.

И она не была разочарована. Фелиция изучила некоторые подвиги Лилит и, скорее всего, сочла их преуменьшенными.

Она часто корила себя за свою нерешительность, за то, что она следовала за Эдвином без особого желания и страсти. Только когда их отец стал реальной мишенью, до которой они могли добраться, она снова почувствовала себя вовлеченной.

Для ее брата все было наоборот. Он достиг цели, к которой стремился долгие годы. А теперь он потерялся.

С другой стороны, Фелиция открыла для себя мир.

Несмотря на все ее колебания и неуверенность, это нашло отклик у Илеи, молодой женщины, полной жизни и приключений. Тогда у нее появился друг. Начинающий авантюрист и потерянный благородный ребенок. Теперь они были Лилит и главой могущественного благородного Дома.

Правда, она отставала. Фелиция сомневалась, что сможет когда-либо по-настоящему отплатить за то, что Илея сделала для них, не то чтобы ее брат когда-либо признал, что она вообще очень им помогла.

С другой стороны, она знала, что Илее на самом деле все равно. Пока они оставались друзьями. Она действительно ей нравилась, целительница каким-то образом оставалась незапятнанной в этом ужасном мире. Фелиция знала, что ее взгляды предвзяты, что Илеа ей нравилась за идеалы, которые она представляла в своем уме, а не за то, что она делала на самом деле.

Женщина была монстром, одержимым битвами и магией, всегда в поисках более опасных миссий и монстров, с которыми можно было бы бросить вызов. Ее сердце было в правильном месте, и Лилит делала все, что могла, но, в конце концов, истории, которые она читала в детстве, так и остались. Простые фантазии с простыми проблемами.

Если она хотела перемен, ей нужно было добиться их трудом, золотом и кровью. Лилит пробовала другой подход, но, в конце концов, цена, которую они заплатили, была одинаковой.

Она не видела Илею какое-то время, и когда она заметила ее, первое, что ей захотелось сделать, это обнять ее. В конце концов, им было о чем поговорить. Может быть, женщина могла бы даже взять Марию на охоту на чудовищ, чтобы немного ее успокоить.

Однако ни один из них не подошел друг к другу, просто обменявшись взглядами. Фелиция была уверена, что между ними ничего не изменилось. Сами они, возможно, уже не те, но что-то большее связывало их. С того времени, когда все казалось немного менее сложным.

Мне действительно надо с ней поговорить, а то я еще больше ее боготворю, подумала она и закатила глаза на себя.

Лилит — это одно, но мужчина, с которым она была, казался ей не менее опасным. То, как они шутили друг с другом, совершенно не заботясь об опасной миссии, для выполнения которой их послали. Можно было бы отмахнуться от этого как от бравады или глупости, но Фелисия достаточно знала мир, чтобы знать, что эти двое имели дело с угрозами, из-за которых эта война казалась детской игрой.

И все же они пришли.

Райз явно тоже был удивлен, ожидая только роту Рассвета, но никого другого.

Поведение Илеи никак не подходило для тайной операции, большой костер оповещал всех об их местонахождении за километры. Разрушитель может быть даже хуже.

Она предположила, что Илеа сделала это, потому что ей было скучно, но мужчина сделал это только для того, чтобы разозлить Райза.

Таким образом, они были отправлены на задание, которое все остальные сочли бы самоубийственным или, возможно, даже невыполнимым. Уничтожить Проклятых и неизвестных монстров внутри и вокруг городов, захваченных кровавым ритуалом Ордена.

Это была задача для имперской армии, а не для двух человек. И тем не менее, оба раньше сражались с армиями в одиночку. Каждый выиграл по-своему. Возможно, его приказ был не увольнением, а надлежащим использованием их способностей.

Известно, что Веламир Райз легко раздражается, но у него всегда были для этого веские причины, и он открыто противостоял тем, кто его вызывал. Он был генералом имперской армии и требовал от своих коллег и подчиненных действовать соответственно.

Это означало быстрые, умные и решительные действия с благоприятными результатами для Империи. Однако эти слова не всегда ассоциировались с армией, отсюда и его репутация.