– Я не смогу. Мне больно понимать, что его уже нет и больше не будет, – тихо сказала Ольга, – может, в загробной жизни? Может, мы с ним ещё встретимся?

Она с надеждой посмотрела на меня.

– Нет, – ответил я, – вы никогда не встретитесь. Он умер. Его больше не будет. Всё. И никакой загробной жизни нет. Это всё сказки.

– А что же мне теперь делать? – спросила Оля. – Я люблю его. Я же жила только ради него. Что мне теперь делать?

– Дальше жить, – ответил я, – жить и жить. Помнить. И растить его ребёнка.

– Ой, я даже забыла о беременности, – положив руку на живот, сказала Ольга и опять заплакала.

– А ты не забывай, – посоветовал я ей, – и знай, что ты уже не одна. Вас двое.

Я придвинул лист бумаги к Ольге, и мы вместе составили список тех, кому надо было позвонить и сообщить о трагедии. Родителей у Владимира не было. В списке оказались брат, тётка, бывшая жена, сослуживцы, друзья, Олины родители.

Потом Оля звонила всем по этому списку и рассказывала, что произошло. Иногда плакала. Иногда просто сухо сообщала о происшедшем, выслушивала слова сочувствия и благодарила. К концу списка она более-менее успокоилась.

Конец ознакомительного фрагмента.