Завал. Все разгромлено. Шкафы и столы перевернуты. Повсюду валяются книги, листы пергамента и свитки. Вперемешку с битым стеклом, кусками различных механизмов и инструментов. Пыль еще не осела. Кто бы это ни сделал, он перевернул все не так давно. А значит…

Я метнулся к лестнице. Взлетел на второй этаж и бросился к кабинету. Дверь приоткрыта. Оттуда послышался какой-то шорох. С разбегу выбиваю дверь плечом. Успеваю заметить какую-то тень, что словно взлетела вверх за окном. Я бросаюсь следом, выглядываю наружу. Пришлось делать это спиной вперед, дабы прицелиться вверх. Тут же мое плечо пронзает боль. Левую руку охватывает огнем. В переносном смысле. Успеваю заметить тень, что взлетела на крышу и исчезла, стоило ей перевалиться за край.

– Срань импова, – выругался я.

Осмотрел кабинет. Сразу заметил тело на полу с той стороны стола. Посмотрел на свое плечо. Из него торчала здоровенная тонкая спица. Вытащил одним движением. Рука уже начала неметь. Отравленная игла. Только размером с ладонь. Вошла наполовину. Такая и до сердца дотянется легко. Скорей всего туда тварь и целилась, да немного промазала. Срань, срань, срань. Очков здоровья у Ролла и так негусто, так и утекают сквозь пальцы.

Быстро набил сообщение в чат отряда. Скинул адрес. А сам принялся осматривать тело. Это был профессор Псамф. Лежал на спине. Из груди торчит такая же игла. Ни крови, ни других ран. Да и много ли ему надо было? Да как так вообще? Ключевого непися посреди бела дня. Кто мог? И где лента?

Я принялся шариться по столу с механизмами. Затем по полкам и шкафам. Ленты нигде не было. Как и записей профессора о ходе эксперимента. Импово дерьмо, ну как так-то? Я наклонился над телом и принялся обшаривать его карманы. Может быть есть какая-то записка или след. В какой-то момент мои глаза закрылись. А затем я увидел черный экран на внутренней стороне капсулы. Яд добрался до сердца.

– Срань Импова! Да катись ты в задницу, гребаный Роркх!

– Здравствуй, Арч. Ты какими судьбами здесь? – удивился пожилой человек, поправив очки.

– Привет, Док, – потер я плечо. Походу, уже вся медслужба знает мое имя. – Да вот. Фантомку поймал.

– Сегодня? Днем?

– Серая зона, – пожал я плечами. Но получилось только одним.

– Ну пошли. Рассказывай, что и как умудрился?

– Физическая смерть. В серой зоне. Только из капсулы. Отравление дошло до сердца и каюк.

– Ясно, ложись тогда на кушетку. Долго мучился?

– Нет. Минуту, не больше. Но левая рука онемела.

– Болит?

– Да, словно жжется. Но не сильно. Я бы и не пришел, но сами понимаете.

– Понимаю, – ответил Док, подключая меня к каким-то приборам и доставая ампулы. – Деханты достали, да? Не ночью, так днем.

– Ублюдки какие-то, – стиснул я кулак. Вспомнил про потерянный артефакт. – Найду, кишки на горло намотаю.

– Конечно намотаешь, Арч. Обязательно.

Укол в плечо, затем какая-то мазь. Док пододвинул кресло, достал планшет и принялся что-то печатать, глядя на приборы. Затем перевел взгляд на меня.

– Как в целом себя чувствуешь? Эмоционально.

– Док, хватит, а? – вскипел я. – У меня нет времени на эту психотерапию. Рука болит и не слушается. Смерть физическая. Чего вы лезете?

– Это стандартная процедура. Не горячись. Держи, выпей.

Мне протянули две пилюли и три разноцветных таблетки. Некоторые я сразу узнал. Не первый раз на этой кушетке лежу. Спасибо Мечнику.

– А это тогда что? Док, ну импова срань, сколько можно? Я не буду это пить, – сгреб половину препаратов и закинул в рот. Одну таблетку и одну капсулу брать не стал.

– Тебе бы не помешало. Хуже точно не будет.

– Нет, – отрезал я, делая глоток воды. – Никаких седативных. Или успокоительных. И травки свои релаксирующие другим впаривайте.

– Арч, – Док посмотрел на меня поверх очков. – Я ведь могу их и в обязательный список внести.

– А я могу и в другую гильдию свалить, – ответил я. Вышло более резко, чем хотел.

Мы буравили друг друга взглядом секунд десять. Затем Док вздохнул и отодвинулся от кушетки. Принялся что-то вбивать в планшет.

– Но из рекомендаций я их не уберу. И психологу твоему посоветую терапию.

– Рекомендуйте что хотите. И с психологом можете сами заняться своими медитациями. Мне и так отлично. Просто почините мне руку. Пожалуйста.

– Отдыхай, Арч. Минут через двадцать должно прийти в норму.

– Спасибо, Док. И это. Извините. У меня сегодня не самый лучший день.

– Не переживай. Работа у меня такая, – вздохнул пожилой врач. – Но я не жалуюсь.

Док ушел, оставив меня наедине со своими мыслями. Что-то реально все наперекосяк. Не выспался, потом был послан на хрен дважды человеком, который считается иконой среди стрелков. Теперь еще и потеря самого ценного артефакта среди всего моего снаряжения. А смерть и фантомный перенос – это уже так. Фаталити.