— А спутники наблюдают за русскими. — Референт усмехнулся.

— Знаешь, меня сильно раздражает его манера говорить. Он вроде и не поучает нас, но так… Словно учитель тупому ученику. Но знаешь, что меня раздражает особенно? — Президент помолчал. — То, что он кругом прав. Прав этот парень. Он же молодой совсем…

— Наши аналитики, сэр, о нём очень высокого мнения.

— Луше бы они мне притащили, то, что он сказал. — Проворчал Форд.

— Они ещё говорят, что он, ну Николаев, заинтересован в том, чтобы мы были. То есть он частично на нашей стороне, сэр.

— Я думаю, что он ведёт какую-то свою партию. Но об этом мы конечно же не узнаем. — Президент вздохнул. — У этого сукина сына наверняка не одно тайное дно, а целая грёбанная русская матрёшка. Но со спутниками это действительно хорошая идея. У нас летает их целая куча, и ничего не случится если пара десятков будет висеть над Южной Америкой. Нужно плотнее контролировать свой внутренний двор, вместо того, чтобы пытаться быть везде.

В итоге и с Фордом договорились. Когда Виктор выкатил ему три варианта развития Америки изложенные в предельно сокращённом виде, он подвис, но как-то очень быстро сориентировался, и вызвав своих аналитиков отдал материалы им, сам занявшись охмурением Виктора рассказывая какие солнечные перспективы у него будут в свободной стране.

Где-то через час, в кабинет вошла Нина Харрис, положила перед президентом листок бумаги и удалилась, успев томно улыбнуться Виктору, и призывно изогнуться телом.

— Нас интересует раскрытие всех трёх вариантов. — Джеральд Форд поднял удивлённый взгляд от листка. — Эти умники нас разорят. — проворчал он. — Знают же, что каждый вариант нам обходится в немыслимые деньги.

— Сэр… — Виктор посмотрел в глаза президенту. — Строго говоря, для вас они вообще цены не имеют, потому что такого уровня аналитики у вас нет, и скоро не будет. А мы вам фактически расчистили дорогу на два десятилетия вперёд, указав на очевидные только нам проблемы в вашем пути, и трудности, к которым вы сможете подготовиться. И даже если я просто напишу в списке проблем слова Ядерная Зима, это вообще вам ничего не скажет. Даже если вы нащупаете правильное раскрытие смысла. Там ещё очень много к этому пристыкованно. Например, проблема супервулканов.

Конечно Форд заплатил. Но не столько сколько он хотел, и даже не столько сколько хотел Минвнешторг, и не столько сколько со смехом предложил Косыгин, а столько, что брови Брежнева взлетели вверх и оставались там всё время пока Генсек, читал проект соглашения.

— Витька, ты же без штанов их оставишь! — Он несколько нервно рассмеялся, потому что оборудование для двух кораблестроительных заводов, включая огромные карусельные станки, и прессы сверхкрупного габарита, были только частью оплаты.

— Ничего. — Виктор взмахнул рукой. — У них в данниках полмира, а у меня моя страна за плечами. И никто помогать нам не торопится.

— Сколько говоришь всё это стоит? — Брежнев посмотрел на Косыгина сидевшего, напротив.

— Пять-шесть миллиардов долларов. — Косыгин развёл руками. — Но это очень примерная оценка. Кое-что, например, высокоточные станки для производства валов, нам вообще никто бы не продал. Ни за миллиард, ни за десять. Поэтому мы ориентировались на отпускные цены. А вообще если так считать, учитывая всякие серые схемы поставок, или воровства технологий, там и десятка будет запросто.

— Вить, а давай мы тебе квартиру большую дадим? — Брежнев посмотрел на Николаева.

— Леонид Ильич, а зачем мне квартира? — Удивился Виктор. Я в ней, наверное, бывать-то буду раз в полгода. А для кого-то это может вообще верх желаний. А надо будет так куплю себе. Я же вообще сейчас деньги не трачу. Даже не знаю сколько у меня зарплата. Что-то на сберкнижку приходит. Так она даже не у меня, а у моего секретаря.

— Но как-то мы должны это дело отметить?

— Я даже не знаю. — Виктор развёл руками. — Квартиры у всех моих есть. Премию я им уже выписал, и хорошо, выписал. По три тысячи руководителям направлений, и по тысяче аналитикам. Нет, конечно они все будут счастливы что-то получить ещё, но на мой взгляд они вполне нормально зарабатывают. На уровне доктора наук. Тут перекормить тоже нельзя. Опасно, что люди перестанут чуять под собой землю.

— Вить, ну ты же умный! — Брежнев отложил документ. — Давай придумай чем мы тебя можем наградить.

— Так у меня всё есть. — Виктор пожал плечами. — Вон как-то катер хотел, но флотские просто сказали, что, если мне будет нужно, чтобы я брал разъездной адмиральский катер штаба Флота и у меня как отрезало. Зачем мне свой, когда есть возможность пользоваться катером вполне комфортабельным, большим и уже укомплектованным экипажем? А в особенности учитывая, что адмиралы и сами часто выезжают на променад, а с ними куда интереснее.

— Значит не хочешь мне помочь? — Брежнев покачал головой. — Ладно. Сами придумаем. Так, Алексей Николаевич?

— Придумаем, Леонид Ильич. — Косыгин уверенно кивнул. — Не только у товарища Николаева умники работают.

По протоколу, Виктору пришлось провожать американскую делегацию. Джеральд Форд, крепок пожал ему руку, пошутил на тему что русские опять урвали главный приз, а когда он чуть отдалился, подошла Нина Харрис.

— Виктор, — женщина улыбнулась, демонстрируя искусство американских стоматологов. — Я знаю, что Российская империя бывает непостоянна, и хочу сказать, что в любом посольстве в любой точке Земли, вас будет ждать американский паспорт, билет первого класса, и лимузин, который отвезёт вас в ваш дом, в лучшем районе Вашингтона.