– Можешь не переживать, Наташа, – подруга сделала ударение именно на имени матери и встала, – Он у нее «друг по переписке», так что…, – девушка развела руками и шагнула в сторону бассейна. А я захотела ее прихлопнуть. Если до этого разговора она ничего и не говорила своей мамаше, то сейчас выложила все как на духу только лишь потому, что хотела резко ответить матери. Спасибо тебе, подружка, большое.

Правильно я делала, что тебе ничего про него не рассказывала.

– Че, правда? И не виделись ни разу? – Наташа хохотнула, от чего мне еще неприятнее стала эта женщина.

– Не переживай, Алиска, тебе папочка найдет богатенького мальчика и выдаст замуж, – резюмировала мамашка. – Ты про этого и думать забудешь.

– Мне кажется, вы слишком много на себя берете. Вас просто попросили присмотреть за нами на время отдыха. Я не просила советов у вас, и жизни меня учить не надо, а выводы свои держите при себе, – высказала все на одном дыхании и по злобно сжатой челюсти женщины поняла, что вот прям сейчас, в эту самую минуту нажила себе врага.

– Уж простите, что богатенькой девочке помешали жить в розовых иллюзиях своих мечтаний, – Наталья, будто ядом в меня плюнула.

Я понимала, что если сейчас останусь с ней рядом, то на этом конфликт не закончится, и я еще много чего скажу.

Молча развернулась и пошла в сторону жилого корпуса. На сегодня с меня общества мамы и дочки достаточно. Не думала я, что меня так быстро начнет раздражать моя же лучшая подруга и ее мать.

******

Это был не отдых, а пытка. Спасибо, папочка, удружил с попутчиками. Уж лучше одна б поехала, и то продуктивнее бы время провела.

Юлька обиделась на меня из-за матери, я обиделась на нее из-за длинного языка. А еще настроение было на нуле. Валера не писал с самого моего приезда на этот "отдых". А это уже почти неделя.

Я написала ему одно сообщение, и оно висело непрочитанным. Боясь показаться навязчивой прилипалой, я больше не писала. Ходила как признак по гостиничному комплексу. Посетила спортивный зал при отеле, посетила спа и массаж. В общем, убивала время, как могла.

К слову, две мои компаньонки тоже тратили деньги моего отца от души. И на развлечения, и на угощения. Они перепробовали все меню и большинство развлечений, что предлагал отель. Катались на яхте, ныряли с аквалангом, пробовали блюда, названия которых я не могла выговорить.

Наташа выходила вечером на охоту, попутно перепробовала все напитки в баре и потому по утрам болела. Я старалась сократить с ней общение и максимально меньше пересекаться. Ходила на пляж и на экскурсию в город. Купила подарки и сувениры отцу и Никите. А еще купила подвеску парную. Почему-то когда я ее увидела, то сразу подумала о Валере.

Его молчание меня пугало и настораживало. Что случилось? Почему он молчит? И что это за сюрприз? В голову лезли мысли, одна абсурднее другой. Они были мечтами и фантазиями, но такими приятными. От них щемило сердце в груди и хотелось чего-то, сама не знаю чего.

Я представляла, как выхожу из аэропорта, а около входа меня ждет Валера с цветами. Или что он встречает меня около школы и все видят, какой шикарный парень идет рядом со мной. А я иду и слышу шепот восхищения, а еще зависти. Все мне завидуют: и Катька из параллельного класса, и Оксана из 10 б. Конечно, я понимаю, что парень в паре тысячах километров от меня и никак не может провожать меня к школе и уж подавно встречать меня у выхода из аэропорта. Так как даже не знает, что я куда-то полетела. Вот же я глупая курица! Надо было сразу ему рассказать про ретушь на фотках и не врать, что связь плохая и поэтому он меня не видит при видеозвонке.

Послушала, как всегда, Юльку. А надо своей головой думать.

Так я и накручивала себя все оставшиеся дни. Лежу, думаю, что вот завтра мы прилетим и все. Я напишу Валере и сама предложу по видео созвониться. Скажу про фотошоп и вообще все скажу. Слезы сами собой появились на глазах, и я тихо шмыгаю носом в подушку.

– Эй, ты чего ревешь? – голос Юльки вывел меня из своих мыслей. Я и забыла, что она пришла в номер с улицы и пошла в душ. Вот, видимо ,вернулась, а тут я слезу пускаю.

– Ничего, – желание говорить не появилось Обида так и гложет меня.

– Ну, ты прости нас с мамкой. Она устала горбатиться, за собой старается следить, чтоб цепануть кого-нибудь. А попадаются только романтики да ботаники. Это она так говорит. Потому так и реагирует на все, – подруга садится ко мне на кровать и гладит по спине.

– А чем ей романтики и ботаники не угодили? – я вытираю с щек слезы и разворачиваюсь к ней.

– Ну, романтики обычно алкаши. Они потому и думают о прекрасном, что не дураки заложить за воротник. А маменькины сынки и ботаники, они обычно нищие и никуда от мамкиной юбки не уйдут. Скорее усядутся на другую шею и погонять будут, – совсем не по-детски рассуждала Юля.