— В нашей паре только я с яйцами, — с пространным намеком выдал он, толкая перед нами дверь наружу.

— Мои метафорические тебе не нравятся?

— Мне не нравятся любые яйца, которые не мои и не употребляемые в пищу.

В пищу! Черт…

— Мы забили пакет с мусором, — остановилась посреди дорожки, посмотрела наверх.

Дрейк тоже глянул в направлении крыши.

— Сначала дойдем до машины, там где-то должен валяться пластырь, — он вновь притянул к себе и повел дальше, к парковке.

Не сдержала улыбку. Приятно, когда проявляют заботу, и еще приятнее получать ее от истинного. Втянула воздух, едва ли не утыкаясь носом в плечо Дрейка.

— Теперь я тебя чувствую. Слабо, но все же это лучше, чем никак.

Дрейк широко улыбнулся, щурясь как довольный кот.

— У тебя слишком счастливый вид, — ввернула с усмешкой.

— Ты рядом, меня не кроет, я адекватен. Да, я счастлив. Завтра начнем учиться контролю. Вместе. Ты будешь постигать это искусство, а я — оттачивать.

Звучит неплохо, но я все равно скривилась. Когда кто-то из близких берет на себя роль учителя, обычно это не заканчивается ничем хорошим.

Шорох высоко над головами привлек внимание. Остановились, смотря наверх. Наш бумажный пакет уносило в сторону.

Проклятье…

Проследили за полетом, пока он не застрял у самой макушки дерева между веток.

Конфуз. За оставление мусора выставляют штраф на крупную сумму.

— Я не полезу на дерево, — спокойно заявил Дрейк. — И ты не полезешь. Сделаем вид, что это не наше. Идем.

Меня настойчиво повели дальше по брусчатке к синему авто.

Иногда во мне просыпается блюститель закона и порядка, но все, что я могу сделать, это вовремя его заткнуть.

Села в машину одновременно с Дрейком. Он сразу начал искать пластырь, а я попыталась увидеть укус. Кровь продолжала медленно сочиться. Постепенно остановиться, надо подождать и немного помочь.

Это так дико — видеть на своем плече метку. Словно она монстр из другого мира.

— Нашел, — известил Дрейк, доставая бежевый прямоугольник. — Сними футболку, будет удобнее.

Развернулась на сиденье лицом к водителю, как смогла. Стянула изрядно помятую ткань, испачканную кровью.

Дрейк вновь поцеловал место укуса, снова вызывая мелкую дрожь. Слизнул свежие капли.

— Не обязательно было это делать, — кашлянула смущенно, решив следить за руками.

Отклеил защитную сторону, взял пластырь удобнее, распределил на коже.

— Не обязательно, — подтвердил Дрейк и завел мотор, — но я сделал.

Надела футболку обратно. Неловкость порой подсовывает мне на язык фразы, после которых становится еще хуже. Лучше молча посмотрю в окно и избавлю себя от дополнительных переживаний. Тем более, их без того достаточно. За себя, за родных. За истинность, будь она неладна.

Вдохнула глубоко-глубоко. Прикрыла глаза от мягко проникающего внутрь запаха. Словно по животу ведут перышком.

Приподняла веки от нежного касания к щеке. Дрейк провел двумя костяшками с милой улыбкой.

— Не удержался, — он посматривал на меня, отвлекаясь от дороги.

— И не надо, — пожала плечами, скривилась от болезненности на шее, — сдерживаться.

Дрейк уставился перед собой, с легкостью входя в каждый крутой поворот на пути к Красному. Дорога, ведущая от сканеров вглубь районов напоминает квест разных уровней сложности. Возможно, когда ее строили, хотели либо отгородиться, либо отгородить.

— Переезжай ко мне, — пронеслось по салону, отскакивая от обивки, стекол, приборной панели, и больно врезалось в лоб.

Могла бы подавиться, поперхнуться, да нечем.

Предложение вполне логичное: на мне метка Дрейка, я немного его чувствую, он мой истинный. Но зачем так внезапно?

Кашлянула, ерзая на сиденье, пытаясь устроиться поудобнее.

— Первое свидание закончилось обмороком, второе — сексом, после третьего можно и переехать, — продемонстрировала три пальца.

Дрейк усмехнулся. Было заметно его желание прокомментировать. Любопытно услышать. Но он лишь шире улыбнулся, смотря на дорогу.

Так он мне нравится больше, чем с напряжением будто электрический столб.

— Я поступила в универ. Ты первый, кому рассказала, — произнесла зачем-то, наблюдая приближение к нашей улице. — Ты уже закончил, да?

Он кивнул. Улыбка поугасла.

— В этом году.

Мы въехали на парковку рядом с домом. Мне даже привыкать к этому месту не пришлось, вошло в жизнь так легко, будто я всегда здесь жила.

Поздний вечер радовал теплым ветром и первыми звездами. Безмятежность, достойная полотна и масляных красок. Жаль, что даже лучший художник не передаст ощущения, эмоции и, в особенности, запах. Вкус свободы и любви… М-м… Влюбленности. Да, так вернее.