За дверью помолчали.

Я отодвинулась как могла, стараясь держать дистанцию с мужчиной, который не являлся мне ни мужем, ни отцом, ни братом, и Гродари не стал этому препятствовать, однако не убрал ладонь с моего лица.

– Послушайте, - подал голос «сосед» за дверью, - почему ночью? Ночь слишком очевидное время для побега. Ко всему прочему, герцог Каенар и его подчиненные ночью сильнее, скрыться будет практически невозможно. Но, знаете, через час с рынка будут возвращаться рыбацкие телеги. Запах неприятный, конечно, зато беспрепятственный выход к реке, а там у нас найдется достаточно торговых кораблей с двойным дном, чтобы вывезти ваших… товарищей.

Почему-то Гродари посмотрел на меня.

Я, отлично помнившая, что кроме тех семи, что совершили нападение, никакие иные Заклинатели не были более пойманы, молча кивнула.

– И почему я должен вам верить? – злым шепотом поинтересовался месье Армель.

Осторожно сдвинув его ладонь со своего лица, так же шепотом поинтересовалась:

– Сколько дней вы уже находитесь в этом здании?

Пауза, и напряженное:

– Шестой.

Кивнув, задала еще один вопрос:

– А сколько дней, по этой улице практически никто не передвигается?

И теплая рука соскользнула с моего лица.

Что ж, надеюсь, он осознал то, что уже осознала и я – жители города знали, кто скрывается в заброшенной лекарне.

– Я от всего сердца благодарю вас за помощь, - повысив голос, сообщила добрым соседям.

– Так и поступим, - постановили соседи.

В заброшенной лекарне повисла напряженная мрачная и недобрая тишина. Гневный взгляд Гродари лишь усугублял ее.

– Глава, - раздался чей-то слабый голос, - девушка права. Я ранее бывал в Суассоне, и если это улица Осенних Листьев, то она всегда была оживленной. Ваше заклинание отыскало заброшенное здание, но вы не искали заброшенный район. Да и здание это заброшено, потому как детей сюда родители не пускают, лекарня все же, тут и предметов острых множество и лекарств.

Из всего этого я отметила слово «ваше заклинание».

– Моя ошибка, -мрачно произнес Гродари.
– Я не хотел впутывать местных жителей, но теперь… Рано или поздно, маги выяснят, что горожане обо всем знали, или же догадывались. По закону жители Суассона обязаны доносить даже о своих подозрениях, но шесть дней все молчали… Этот город уничтожат.

И я едва не упала, Гродари лишь в последний миг подхватил меня, и прижал к себе, давая возможность успокоиться.

«Этот город уничтожат»…

Суассон действительно уничтожили. Массовые аресты, казни, отравление рыбы в реке, сожженные поля, разгромленные торговые склады. Я на коленях умоляла Эльтериан пощадить городок, бывший несколько лет домом для меня, и принц неизменно проявлял поистине королевскую милость, и отменял казни, или оправдывал осужденных людей… Мне казалось, я добиваюсь маленьких побед, я делаю хоть что-то для тех, кто был ко мне добр. И я старалась угодить принцу, изучая этикет, не отрывая взгляда от книг, оттачивая каждый жест, шаг, улыбку, движение рук… А после я увидела карту империи, и на месте где когда-то был город Суассон было пусто… Пустота… Города больше не было…

– Мадмуазель, в обморок нужно было падать, когда к вашему горлу был приставлен нож, - с нескрываемой иронией произнес месье Армель.

– Простите, умоляю, простите меня, этого больше не повториться, - покаянно прошептала, чувствуя, как кружится голова.

– Боги, не стоит так извиняться, - несколько растерянно ответил Гродари.
– Вам плохо? Может быть воды?

Им нельзя нападать на Эльтериана! Нельзя! Иначе Суассон действительно будет уничтожен! Однако, этот Гродари, кажется, так же беспокоится о безопасности жителей города, а значит у него были причины предпринять ту самоубийственную попытку. Неужели причина была в потере сил от ранения?!

– Вы ранены, - вспомнила я.
– Возможно, вы не желаете впутывать в это лекарей, но я все равно уже здесь. Позвольте осмотреть вашу рану.

Отступив от меня, устало заметил:

– Я даже имени вашего не знаю.

– Асьен, - легкий приветственный реверанс, положенный при встрече с дворянином. – Что ж, теперь, когда вам известно мое имя, надеюсь, мы сможем продолжить?

Гродари галантно указал на лестницу, что ввела наверх.

– Если мадмуазель Асьен не оскорбит предложение подняться в комнату к мужчине, - добавил он, едва я с решительностью направилась в указанном направлении.

Что ж, его слова существенно поколебали мою решимость. Настолько существенно, что я остановилась в шаге от ступеней.

– Хм, не знаю, кто вас воспитывал, но надрессировали превосходно, как призовую кобылку в лучших императорских конюшнях, - тихо произнес, беззвучно подошедший Гродари.

Я взлетела вверх по ступеням, чувствуя, как горят щеки, и полыхает гнев в моей душе. О, да, именно так -я стала отлично дрессированной, вот только не лошадью, а комнатной собачкой. Хватит, Сенна! Ты не принцесса пусть и опального, но императорского двора, ты служанка мадам Бомари, сирота без родных и прошлого. Девушка, в которой никогда не проснется магия. И если ты не возьмешь себя в руки сейчас, будет кончена не только твоя жизнь – вся империя будет уничтожена, но Суассон падет первым. Мне нужно это предотвратить!