а где — застой!»

А романтик пятидесятых —

Из геологов бородатых.

Из целинников, что когда-то

В обновленье поверив свято

И покой презрев, и корысть.—

Дон-Кихот в потускневших латах.

Постаревший,

одутловатый,

Зрелых лет схоронив растрату,

С грустью думает:

«Маловато:

Две весны —

за целую жизнь!»

ТЕАТР АБСУРДА

Где наш Ионеско? Проколы в культуре?

Ах, если бы только! А если по сути,—

Зачем он? У нас — не на сцене, в натуре

Театр абсурда!

Смотрите, какие у нас носороги!

Не дикая выдумка драматурга —

Сограждане наши! Из плоти и крови!

Театр абсурда.

Убийца, без жертвы не знавший покоя.

Исчадие ада. Такого под суд бы!

Ничуть не бывало! Он правил страною!

Театр абсурда.

Он рай сотворил стукачам, демагогам.

Свинцом истребляя талант и рассудок.

Внушая живым поклоненье, как богу.

Театр абсурда.

Смотрите, террор назывался свободой,

Врагами — друзья, произвол — правосудьем.

Ложь — правдой, глумленье над нами — заботой.

Театр абсурда.

А вот — не злодей, не тиран. Либерален.

Любитель наград и мастак на посулы.

Как елка в убранстве, от блеска регалий.

Театр абсурда.

Смотрите, и действие — странно и бедно:

Усилий до черта, а дело буксует.

Призывы. Игра в трудовые победы.

Театр абсурда.

Растить, чтоб гноить. Чтоб товары — на выброс,

На новенький хлам истощая ресурсы.

Где видано это, скажите на милость?!

Театр абсурда.

Смотрите, имеющий власть не умеет

Решать ни проблемы народа, ни судьбы.

А тот, кто умеет, ее не имеет!

Театр абсурда.

Позволить — мешая. Давать — отнимая.

Как гонка в мешках — до одышки, до судорог.

Какие коллизии! Дерзость какая!

Театр абсурда.

А что за язык! Сколько в нем достижений!

«Приняв на себя… развернулось повсюду…

Большая проделана… в свете решений…»

Театр абсурда.

С интригой, с героями, стало быть, ясно.

А гляньте, какая была режиссура!

«Кто «за»? Голосуем. Единогласно».

Театр абсурда.

Да, Беккета нету! И нет Ионеско!

Зачем они?! Нам и не нужен никто!

У нас история ставила пьесу —

Свою! — «В ожиданье Годо».

ДОРОГИЕ ТОВАРИЩИ!

Помнится, часто в речах выступающих

Чудилось мне: «Дураки и товарищи!»

Что, если правда?

Что, если так?

Кто я?

Товарищ или дурак?

Праздный вопрос?

Вопрос риторический?

В экскурс желаете исторический?

Когда по ночам лютовали аресты.

Но, стоны глуша, ликовали оркестры.

Царил Дунаевский, веселый маэстро,

О счастье народа песней пленя,—

Тогда за кого принимали меня?

Когда были голодны мы, как собаки,

А Пырьев выдумывал сладкие враки,

Внушая: кубанские эти казаки —

Не пошлая выдумка, не брехня.

Тогда за кого принимали меня?

А те, кто сограждан своих растлевали,

Гноили в Сибири и убивали,

А сами к вершинам сияющим звали,

О светлом пути всетрибунно бубня,—