— Нет, я не хочу! Слезь с меня. — он не отстраняется, и тогда я начинаю молотить по его груди и плечам.

Мужчина на секунду заглядывает мне в глаза и понимает, что я не шучу и не играю. Немного отодвигается и садится на край кровати. Я тоже медленно сажусь и приглаживаю волосы, выравнивая дыхание.

— Расскажи мне про Стаса. — вдруг тихо говорит Марк, не глядя в мою сторону.

— Я не буду говорить о нем, это давно в прошлом. — сухо отвечаю и добавляю — Отвези меня домой или вызови такси.

Теперь Марк поворачивается и смотрит на меня изучающе, сощурив глаза.

— Как давно Дерябина знаешь? — задаёт следующий вопрос, а я непонимающе взираю в ответ.

— Владислав Дерябин из МИДа. Ты фотографировалась сегодня с ним. — разъясняет и все также пристально продолжает смотреть, сканирует прокурорским взглядом.

— Первый раз сегодня его видела. — честно отвечаю и тут же осекаюсь. — Да какого черта я должна отвечать на этот допрос? И как ты узнал вообще?!

Марк заправляет мне волосы за ухо и целует в висок, но я сразу же одёргиваю голову и брезгливо вытираю место, где только что были его губы. Хотя неприятно мне не было, к сожалению.

— Я знаю о тебе больше, чем ты сама о себе. — гордо заявляет мужчина, встает и подходит к письменному столу.

— Я не хочу тут быть и не хочу видеть тебя. Сколько раз можно повторять? — жестко произношу, наблюдая за его действиями.

Марк открывает ящик стола и достаёт какой-то предмет. В комнате плотно закрыты шторы, и включён только светильник на стене. Поэтому в таком полумраке не могу различить, что он держит в руке. Поворачивается и медленно направляется ко мне, вертя в руках скотч! Какого хрена?!

— Не смей, слышишь! — в ужасе вскакиваю и бросаюсь к двери, забывая, что она закрыта. Дёргаю за ручку, а в это время Марк подходит сзади и хватает меня за руки. Я ахаю и чуть не ударяюсь головой об дверь. Он открывает скотч и начинает обматывать им мои руки, жестко фиксируя их за спиной.

Ремень, скотч, что дальше будет?

— Ты совсем уже охренел?! Долбаный извращенец, отпусти меня! — кричу, не выбирая выражений и топаю, в надежде наступить на него ногой и сделать больно.

— Не идёт тебе ругаться. — заявляет этот маньяк и закончив с руками, разворачивает меня к себе. Снова открывает скотч и быстро прижимает его к моим губам. Разглаживает, ведя подушечкой большого пальца по скотчу. Я мычу и ошарашено хлопаю глазами. Злюсь на себя за недостаток сил и слабость из-за давления и на Марка за то, что он больной придурок.

Тем временем мужчина уже поднимает меня и на этот раз аккуратно укладывает на постель. Снимает с себя джинсы и остаётся в одних чёрных боксерах с выпирающей огромной эрекцией.

Боже, спаси меня.

Я матерюсь в скотч и перекатываюсь на другую сторону кровати подальше от него. Скидываю одну ногу на пол, чтобы встать, но Марк резко притягивает меня обратно в центр кровати и ложится сверху. Теперь я ещё теснее чувствую его возбуждение. Он задирает футболку и быстрым движением перекидывает ее мне через голову, отчего мои руки находятся еще в более беспомощном состоянии сзади. Голую кожу тут же опаляет стыд и прохлада, а ещё жадный и затуманенный взгляд Марка. Он наклоняет голову и поочередно дует на соски, следом целуя их. Я снова протестующе мычу, а Марк улыбается и принимается осыпать поцелуями мое лицо, шею, ключицы. От таких нежных прикосновений я теряю связь с реальностью и жмурюсь, пытаясь прийти в себя.

Марк одной рукой зарывается мне в волосы, а другой гладит грудь.

— Я буду нежным, обещаю… прости меня. — шепчет мужчина и спускается рукой ниже по животу, проходится по линии трусиков, поддевая их.

Инстинкты и долгое воздержание дают о себе знать и будто приказывают мне расслабиться. Марк запускает два пальца под кружева и начинает медленно ласкать, делая нежные круговые движения по клитору. Никто ещё так не трогал меня. Я автоматически выгибаю спину от нарастающего удовольствия, и он целует мою шею. Марк ускоряет движения, и я запрокидываю голову, мечусь по подушке.

— Смотри на меня. — тихо командует мужчина, хватая меня за волосы, и я подчиняюсь, тяжело дыша через нос и издавая глухие стоны. Ещё несколько секунд, и я будто взрываюсь от нахлынувшей эйфории, которая теперь окутывает все мое тело. Я расслабляюсь, и осознав произошедшее, стыдливо закрываю глаза и отворачиваюсь.

— Эра. — зовёт Марк и нежно берет за подбородок, разворачивая мое лицо к себе. Аккуратно убирает скотч со рта, затем зубами разрывает его с моих рук. Целует покрасневшую кожу, а я устремляюсь взглядом на его достоинство, которое, кажется, сейчас порвёт ткань боксеров. Сглатываю, не в силах что-то сказать, и не могу отвести глаза. Куда делся мой мозг? И в какой момент на смену ему пришла похотливость? Иначе как объяснить странное желание прикоснуться к упругому органу и освободить его.

Марк замечает мой взгляд и хрипло смеётся.

— Пока рано, малышка. Хочу, чтобы ты сначала привыкла к моим ласкам. — я быстро отвожу глаза, и мысленно снова ругаю себя за смену моих эмоций. Марк целует меня в лоб, а я надеваю футболку и оттягиваю ее как можно ниже.

— Я в душ, через пол часа отвезу тебя домой. — встаёт напротив и берет меня за подбородок, заставляя смотреть на него. Я прищуриваюсь, готовая снова сражаться.

— Это было всего лишь физическое желание организма. Надеешься, что теперь сломил меня? — издевательски ухмыляюсь, а его захват становится жёстче.