— Дом огорожен двойным забором, — показал майор. — Первый бетонный, высотой два с половиной метра, второй — дощатый, с пропущенной по верху колючей проволокой.

— Здесь, здесь, здесь и здесь, — начал тыкать указкой в забор майор, — установлены видеокамеры. Ну, естественно, сигнализация, охрана... В общем, все как положено.

— Перехватить объект на маршруте возможным не представляется, Я уже сообщал, что машин выезжает несколько, выезжают из подземного гаража, так что увидеть, кто в них сел, невозможно, причем иногда они идут порожними, то есть без объекта.

Майор еще раз показал маршрут движения кортежа.

— Стрелять через окна невозможно, все они забраны жалюзи, часть стекол пуленепробиваемые...

— А что же делать? — растерянно спросил Иванов.

— Мы рассмотрели все возможные варианты, реалистичным представляется один.

Майор быстро взглянул на генерала Трофимова. Тот кивнул.

Майор достал еще одну детскую игрушку — небольшую модель самолета.

— Подлет производится в зависимости от направления ветра с юго-востока или севера, — сказал майор.

Майор поднял вверх руку с самолетиком и, “полетев” от самой двери, стал опускать руку, идя на снижение.

Иванов удивленно хлопал глазами.

— Сброс исполнителя происходит с высоты шестьсот пятьдесят — семьсот метров. Примерно вот здесь.

Самолетик завис над макетом поселка. Майор взял в левую руку маленькую куклу, пронес ее над поселком и поставил на дом.

— Приземление производится непосредственно на крышу дома. Крыша плоская, размером пятнадцать на тридцать метров, без антенн и пересекающих ее проводов, что позволяет справиться с этой задачей даже не очень опытному парашютисту. Купол парашюта будет выкрашен в черный цвет, чтобы не привлекать внимание охраны. Таким образом мы сможем легко миновать заборы, сигнализацию и охрану.

Это было красиво. Было как в кино.

— Здесь расположен люк на крышу, через который можно попасть на третий этаж дома.

Майор показал фотографию люка, снятую откуда-то сверху, с обведенной ручкой замочной скважиной.

— Мы установили “сорт” замка, поэтому его можно будет открыть с помощью отмычек. Если это по тем или иным причинам не получится, например, если изнутри люк будет закрыт на засов, можно будет попасть во внутренний двор, вырезав одно из стекол оранжереи.

Майор показал на небольшой, отблескивающий натянутым целлофаном купол посредине крыши.

— Спустившись на веревках вниз, нужно будет пройти по третьему этажу до лестницы...

Майор наклонился над макетом и снял с дома крышу, открыв взгляду внутренний макет третьего этажа.

— Эти и эти комнаты, — ткнул майор указкой, — обычно пустуют. В крайних проживает обслуга, но они в этот момент будут спать. По лестнице нужно будет спуститься на второй этаж...

Майор снял с дома и отложил в сторону третий этаж, открыв доступ ко второму.

— Вот здесь расположен пост охраны. Если там никого не будет, то нужно будет пройти по коридору в левое крыло здания...

— А если будут? — спросил Иванов.

— Если на посту будет охрана, то она зачищается и далее исполнитель действует, как если бы ее не было. То есть проходит в левое крыло, где расположены кабинет и спальня объекта. Окна их выходят во двор, но свет в помещениях лучше все-таки не включать. На этот случай у исполнителя будут приборы ночного видения. Далее он проникает в спальню, зачищает объект, убеждается, что тот мертв, и спускается вот по этой лестнице в гараж, где садится в одну из машин. Ключи он находит непосредственно в гараже либо в одежде объекта или использует отмычки. После чего выезжает во двор, таранит ворота и едет по улице вот до этого места и сворачивает на грунтовую дорогу, где в ста метрах от поворота его будет ждать наша машина. Вот так примерно все это будет выглядеть. Ну как?

— Здорово! — восхитился Иванов. — А кто все это будет делать?

— Как кто? — удивился майор Проскурин. — Вы...

— Я? — ахнул Иванов. — Да вы что?! Там же самолет!.. Там прыгать надо! А я не умею с парашютом!

— Мы это предусмотрели. Вы пройдете ускоренную парашютную подготовку, включающую тридцать учебных прыжков.

— Тридцать! — побелел Иванов. — Ни за что! Я высоты боюсь.

— Но там не будет высоко — всего шестьсот пятьдесят метров, — успокоил его майор.

— Все равно — нет! Я не буду прыгать! Я не могу!

— А кто же будет? — задал резонный вопрос генерал Трофимов.

— Ну я не знаю... — пожал плечами Иванов. — Вы...

— Но план разработан под вас, — напомнил майор Проскурин. — “Кто-нибудь еще” такое сделать не сможет!

— Я тоже не смогу... Я не имею права!

— Почему? — удивились генерал с майором.

— Потому что я... — пытался Иванов найти какую-нибудь позволяющую ему не прыгать с самолета причину. — Потому что я командир! Я этот... главный! Я должен сберечь себя для следующих операций!