Рэндалл вылез из ванны и вальяжно пошел в ее сторону. Казалось, она забыла, как дышать. Глаза лихорадочно бегали по его идеальному телу. Аврора впервые в жизни видела полностью обнаженного мужчину, и это зрелище заставило ее сердце трепыхаться в грудной клетке, точно крохотная птичка, рвавшаяся на волю. Рвавшаяся в его объятия.

Рэндалл подошел к Авроре и остановился в жалких сантиметрах от нее. Он протянул руку над ее головой и схватил с полки полотенце.

– Что-то не так, душа моя? – спросил он заботливо.

Аврора не могла оторвать взгляда от его глаз. Ей было дурно от такой близости к нему. Разум кричал бежать со всех ног, но где-то в глубине сознания разгоралось совершенно невиданное доселе пламя. Его горячие красные языки нашептывали ей прижаться своим обнаженным телом к телу мужа.

И Рэндалл видел это. Читал это в ее глазах и катал на губах довольную усмешку. Наклонившись к ее уху, он жарко прошептал:

– Что, душа моя, думала переиграть меня в моей же игре? Осторожнее, а то я могу взять реванш. – Он провел губами по коже Авроры, и она не смогла сдержать тихий стон.

Она уже готова была коснуться рукой его груди, но Рэндалл отстранился.

– Ты еще такое дитя, Аврора, – покачав головой, сказал он. Отошел от нее на несколько шагов и начал вытирать влажные волосы.

Авроре вмиг стало холодно, будто она лишилась главного источника света и тепла в этой полутемной прохладной комнате. Почувствовав горький привкус досады, обиды и злости, она стремительно пронеслась мимо Рэндалла и выбежала из умывальни, хлопнув напоследок дверью так громко, что жалобно задрожали стекла.

Как только она переступила порог спальни, нервная дрожь пронзила все тело. На негнущихся ватных ногах прошла к гардеробному шкафу и, вытащив халат, закуталась в него поплотнее и легла на кровать. Она вся тряслась.

«Боже, что со мной происходит?» – отчаянно воззвала Аврора, прижимаясь губами к заледеневшим от нервов пальцам. Только сейчас до нее дошло, что это были те самые пальцы, которые касались пульсирующей вены на разгоряченной твердой плоти.

Дверь умывальной комнаты захлопнулась с оглушительным грохотом. Но даже он казался тихим шелестом весенней травы по сравнению с бушующим ревом крови в голове. Эта чертова девчонка сводила его с ума. С того самого вечера у камина рассудок Рэндалла помутился, и стоило ему остаться одному, как он медленно умирал. Умирал от безумного желания.

Он запустил пальцы во влажные волосы, и это движение мигом отозвалось в голове недавним воспоминанием.

Нежные, всегда прохладные пальцы массируют его голову, гладят волосы, касаются шеи.

– Черт!

Рэндалл почувствовал боль в паху от возбуждения. Чтобы как-то отвлечься, он с раздражением бросил полотенце на пол и залез в ванну с остывшей водой. Но это не могло усмирить жар в груди.

– Ненавижу, – яростно прошептал он и зажмурился, пытаясь прогнать наваждение.

Все дело в долгом воздержании. Последний раз он был близок с женщиной почти три месяца назад, перед самым отбытием на Север. Рэндалл пытался ухватиться за эту мысль как за спасительную соломинку.

Он не хотел, чтобы сегодня все так обернулось. Он просто в очередной раз хотел позлить ее, понаблюдать за реакцией. Рядом с ней Рэндалл чувствовал себя мальчишкой и забывал обо всех проблемах. Такая искренняя, милая, бойкая. Но кто знал, что эта чертова дикарка может быть настолько соблазнительной? Он до сих пор ощущал вкус ее губ на своих. А стоило закрыть глаза, и перед ним всплывал образ ее нагого влажного тела.

Капли воды стекают по ее молочной бархатистой коже, оставляя блестящую дорожку на покрывшейся нервными мурашками груди.

Рэндалл услышал глухой стон, и его рот наполнился слюной от отчаянного желания попробовать ее грудь на вкус.

– Чтоб тебя!

Перед глазами крутился калейдоскоп воспоминаний. И в каждом из них была она.

Не в силах больше бороться с собой, Рэндалл обреченно опустил руку вниз. Как бы он ни доказывал Авроре, что переиграл ее, но осознание горькой правды не давало покоя. В этой битве он потерпел сокрушительное поражение.

С того утра прошло пять дней. За это время Аврора видела Рэндалла всего несколько раз. Он вел себя совершенно непринужденно и общался в своей нахально-игривой манере. Казалось, что для него ничего необычного не произошло. И, скорее всего, так оно и было. Скольких обнаженных женщин он видел? Скольких из них касался своими горячими руками? Аврора ужасно злилась на себя за то, что ее голову наводняли эти вопросы, но не могла ничего с собой поделать. Стоило ей остаться в одиночестве и закрыть глаза, как она видела перед собой обнаженное красивое тело мужа.