Третьяк знал о том что Асташев лихорадочно ищет варианты усиления вратарской позиции. Знал он и разговоре Асташева с Тихоновым и думал, что свердловчанин хочет попросить его как-то повлиять на тренера ЦСКА. Не зря же последняя буква в названии А, то есть Армии.

Хотя он знал, что на Тихонова может повлиять разве что министр обороны с генеральным секретарем партии, но всё-таки согласился на встречу. Так что сейчас встречал уральского гостя.

И тем удивительны были слова Асташева, которые Третьяк услышал, когда они перешли к делу:

— Как вы смотрите на то, чтобы возобновить карьеру? — Асташев не стал ходить вокруг да около и спросил в лоб, — стать вратарем в Автомобилисте.

— Зачем мне это, товарищ Асташев? — ответил вопросом на вопрос Третьяк, — вы же, наверняка, знаете, почему я ушёл из ЦСКА три года назад. Я хотел проводить с семьёй больше времени и попросил Тихонова разрешения приезжать на базу команды вечером перед игрой. Тот мне отказал, и я закончил. А сейчас вы предлагаете отправиться аж на Урал. Это форменное безумие.

— Я знаю, Владислав Александрович, но всё равно предлагаю. И уверен что если вы выслушаете мои доводы и как следует их обдумаете, то поймете что моё предложение не так глупо как может показаться.

— Товарищ Асташев, давайте на ты. Всё-таки мы с вами не первый год знакомы. да и вы старше меня.

— Без проблем Слава, — ответил Асташев.

— Хорошо, я слушаю.

Асташев от волнения встал, прошёлся по просторному кабинету Третьяка и взглянул на улицу. Вот уже несколько дней стояла отрицательная температура, но снег всё никак не хотел выпадать, и за окном было, мягко скажем, серо.

— Ни за что не поверю, что ты был доволен как с тобой обошёлся Тихонов. Ты же ушёл из спорта всего в 32 года. Тебе сейчас 35. Дорощенко не намного меньше, тридцать четыре, а он играет. Мышкину сейчас столько же сколько было тебе, когда ты повесил коньки на гвоздь, а он и не собирается заканчивать. Уверен, что будь твоя воля, ты бы до сих пор играл бы.

— Ну допустим, — задумчиво сказал Третьяк. Только зачем мне играть в Автомобилисте? Мне, армейцу до мозга костей.

— А затем, Слава, что ты армеец именно что до мозга костей, ты же как в шестьдесят шестом году начал карьеру в ЦСКА, так и играл в одном и том же клубе почти двадцать лет.

— Всё верно, но я не очень понимаю о чем ты, Сан Саныч говоришь.

— А о том, что ты всегда играл в самой сильной команде СССР, которая за это время всего четыре раза не становилась чемпионом страны. последняя неудача ЦСКА вообще произошла уже больше десяти лет назад. Ты, считай в чемпионате страны никогда и не играл против самых сильных, ты был в их составе.

Да и вообще, если разобраться, то ты сталкивался с равным, даже не превосходящим по уровню соперником считанное количество раз. По пальцам пересчитать можно. Десять, если быть точным. Восемь матчей во время суперсерии и два на кубке Канады шесть лет назад. И всё. Во всех остальных матчах твоя команда была сильнее.

— И к чему это? — снова повторил свой вопрос Третьяк.

— К тому, что сейчас у тебя будет шанс, наверняка последний, доказать, что и без ЦСКА и сборной Союза ты способен побеждать более сильных соперников. Уверен, что кто-кто а уж ты, Слава, ко второму этапу чемпионата, а может даже быстрее, сможешь набрать форму. А там у нас будет ЦСКА, оба Динамо, Спартак, Крылья. Все эти команды сильнее моего Автомобилиста. И там ты в полной мере покажешь чего на самом деле стоит Третьяк.

От долгой речи у Асташева пересохло в горле, поэтому он попросив разрешения у Третьяка налил себе воды из стеклянного графина стоявшего на столе, а пока тот пил Третьяк сказал:

— Ну я бы не сказал, что твой состав так уж слабее обоих динамовских коллективов, Крыльев и Спартака. Он у тебя вполне на уровне.

— Слава, да ладно тебе, как только вылетел Семенов, не тот который вратарь, а наш центр первого звена, то команда буквально посыпалась. Четыре поражения подряд, и все без шансов. Мы были плохи не только в атаке, но и в обороне.

— Ну да, этот парень гений, — сказал Третьяк, — я такого никогда не видел, даже Харламов на своем пике в нападении играл хуже. А парню всего шестнадцать Возможно у тебя в команде играет не просто суперталантливый центрфорвард, да еще и двусторонний. Возможно в будущем он станет лучшим игроком в истории хоккея. По обеим сторонам океана. Как он кстати?

— Завтра выйдет на лёд. Любого другого я бы не выпустил на лёд так рано после травмы. Но этот парень здоров как бык. И даже после почти месяца простоя он всё равно лучший в команде.

— Кроме него у тебя есть и другие хорошие ребята. Лукиянов из первого звена, Виноградов, Бякин, Мухин. Нет, не так уж слаба твоя команда.

— Лукиянов и Бякин, да. Особенно второй, Илья готовый защитник для сборной, не спорю. А Мухин с Виноградовым еще сырые, Женю часто заносит и его постоянно страхует Бякин, а Стас по-большому счету на уровне играет только в звене с Семеновым. Так что состав у нас очень и очень неровный. Есть, как говорят в НХЛ, суперзвезда, есть очень неплохой краёк, надёжный защитник первой пары, а остальные сильно уступают в уровне игры. Но даже учитывая, что у нас команда одного игрока, буду называть вещи своими именами, мы всё равно можем претендовать на победу в чемпионате. И с тобой в составе у нас шансы будут сильно выше чем без тебя.