Все, что ей сейчас оставалось – ждать и надеяться, что муж уже занялся её поиском. По другому и быть не могло. Но червь сомнения уже разъедал надежду в груди Изабель. Какое-то шестое чувство подсказывало ей, что она нескоро встретится с Антуаном. И от того становилось тошно.

Фарид стремительной походкой двигался по палубе. Его тело ныло от желания броситься в бой с невидимым противником, его тело горело и от другого желания…

Изабель.

Роскошная женщина с лицом ангела и телом соблазнительницы. Самое опасное сочетание. А еще у неё имелся характер, и хотя герцогиня хорошо «держала лицо», Фарид, обладавший чутьем хищника, сумел уловить её волнение. Мужчина усмехнулся, вспоминая, как пленница сделала ему замечание на счет его воспитания. Посмей кто-либо из его людей так обратиться к нему, то уже давно бы плавал за бортом. Но Изабель, конечно, еще не осознавала в полной мере, в чьей власти она теперь.

– Ну, как, Али, не видать ли корабля, который гонится за нами? – с усмешкой обратился Фарид к темноволосому мужчине, наблюдавшим за морем в подзорную трубу.

– Вряд ли герцог так быстро сообразит, где именно его жена.

– И главное, с кем, – по лицу Фарида поползла самодовольная усмешка, – представляю его рожу, когда он узнает, что его красавица-жена – теперь моя пленница.

– А что потом? – Али внимательно посмотрел на капитана.

– О, сначала я должен убедиться в том, что этот лягушатник узнал, что Изабель моя. А затем я заставлю его мучиться и переживать.

– А каким образом он узнает?

– Мы отправимся в такое место, где молва быстро разлетится по всему Средиземноморью. Люди будут шептаться, приходить в ужас от того, что герцогиня оказалась там.

– Это то, что я думаю? – Али удивленно вскинул брови.

– Да, мы держим курс на невольничий рынок, – черные глаза наполнились беспощадным блеском, – пусть герцогиня молится, чтобы её муж нашел прежде, чем мой корабль пристанет к берегам Африки.

Скрип двери пробудил Изабель ото сна, в который она буквально провалилась после нескольких часов метаний по каюте. Приподняв голову, девушка устремила помутненный дремой взгляд на источник звука. К удивлению герцогини, появившимся оказался не её похититель, а старуха, одетая в темные одежды. В крючковатых пальцах незнакомки был кувшин.

Изабель, радуясь, что на борту есть еще одна женщина, медленно села на кровати. Голова тут же загудела – вот они, последствия переживаний! Герцогиня, поправив корсаж платья, мягко обратилась к старухе:

– Скажите, вы знаете, куда мы плывем?

Незнакомка, остановившись, окинула девушку выразительным взглядом, а затем, всучив ей в руки кувшин, растянула губы в беззубой улыбке. У Изабель побежал мороз по коже от того, как улыбнулась старуха. Было что-то жуткое в этом.

– Тебе лучше не знать, куда мы плывем, – хихикнула старая женщина, темные глаза её засверкали. Она ткнула смуглым пальцем в кувшин:

– Умойся, капитан велел тебе привести себя в порядок. А потом – принесут завтрак.

– Я не голодна, – оскорбленная манерой общения старухи, выдохнула Изабель.

– Но умыться, все же, тебе не помешало бы, – хмыкнула незнакомка, и, более ничего не добавляя к своим словам, она покинула герцогиню.

Изабель прислушалась. Она ждала. Но так и не услышала звук ключа, проворачиваемого в замочной скважине. Значит, дверь была не заперта. Как только девушка поняла это, в груди бешено забарабанило сердце. Оно будто подгоняло свою хозяйку, чтобы та поспешила наружу.

Герцогиня так и сделала. Да, её поступок нельзя было назвать рассудительным, но Изабель сейчас и не руководствовалась разумом. Слишком сильным было её желание выбраться наружу, убежать, улететь из этой клетки, подальше от Фарида. И потому, совсем не заботясь о последствиях, девушка буквально выбежала из капитанской каюты.

К её удаче, поблизости никого не оказалось. Нет, конечно, палубы не были безлюдны. Повсюду слышались мужские голоса, смех, ругательства… Но тут, в радиусе шести футов, не было никого. Даже та странная старуха куда-то испарилась. Изабель, пробежавшись взглядом по верхней палубе, заметила на ней мужчин. Один из них, словно почувствовав её взгляд, резко обернулся. С ужасом в груди герцогиня осознала, что этим мужчиной оказался её похититель. Девушка, заметив, как предостерегающе сверкнули его черные глаза, подхватила юбку платья, и, что есть мочи, побежала в противоположную от Фарида сторону.

Она бежала так, словно за ней гнался дьявол. Сердце разрывало грудную клетку, в ушах оглушающее, не позволяя уже услышать мужской крик, стучал пульс. Тело, заряженное энергией, подпитываемой одним-единственным желанием – спастись, горело пламенем. И Изабель не бежала, а будто летела.

Все в безумной веренице проносилось мимо взора герцогини, и вот уже сама она стояла рядом рядом с кормой. Вцепившись побелевшими пальцами в поручни, Изабель устремила взгляд вниз – и тут же отпрянула – море там, внизу, было темно-синим, что, без сомнения, говорило о его большой глубине. Девушка подняла глаза наверх, на линию горизонта – в надежде, что сумеет увидеть вдали очертания корабля, который шел бы ей на помощь. Но увы. Ничего, кроме серо-голубого неба, не предстало её взору.