— Галлахер, — упавшим голосом произнес Ордерион, понимая, что брат в пылу обиды и гнева своими же руками рушил собственный брак.

Хотя… Возможно, его брак уже разрушен, но брат этого пока не осознал?

Хейди схватила мешочек, развязала его и уставилась на монеты.

— Сто седоулов, — хмыкнула она. — Как же, оказывается, «дорого» я стою…

Она перевернула мешочек над головой Галлахера. Монеты посыпались на него, словно град, ударяясь по столу, по полу и разбегаясь в стороны, как насекомые, желавшие поскорее удрать от предстоящей бури.

— Это тебе мой подарок на расставание! — выпалила Хейди и бросила в Галлахера пустой мешочек.

Развернулась и ушла.

Галлахер сидел, словно оплеванный.

— Не мое, конечно, это дело, — заметило существо, — но у жены твоей заначка от меня припрятана. Она сейчас соберется и уедет — это я тебе точно говорю. И больше ты ее не увидишь, горе-принц.

— Пусть едет, — прошипел он в ответ.

— Как знаешь, — пожало плечами существо, — и повернулось к Ордериону. — Закажи мне эль, пожалуйста.

Ордерион снял щит и поднял руку, зазывая трактирщика.

Галлахер подскочил с места и побежал к выходу.

— Думала этот простофиля так и будет сидеть, — заговорщицки прошептало существо.

— Где Рубин? — особо не рассчитывая на ответ, спросил Ордерион.

— Я скажу тебе, где она, но только после того, как мы с тобой поговорим, — пообещало существо.

Ордериону стоило огромных усилий не подскочить с места и не понестись по заставе с криками: «Рубин!» Он так долго добирался сюда, до этого места, до этого момента, что вопросы судьбы и благополучия всего мира хотелось оставить «на потом». Или и вовсе забыть о них, сделав вид, что вокруг вообще ничего не существует, кроме Рубин и его стремления еще хоть раз взглянуть ей в глаза.

Трактирщик принес эль и поспешил удалиться, а Ордерион вскинул руку и вернул щит на место.

Существо отпило напиток и удовлетворенно улыбнулось.

— М-м-м, варить эль вы научились отменный. Жаль, что достижений, за которые я могу похвалить ваш мир, так мало.

— Считаешь нас дикарями? — Ордерион одарил нечисть презрением, выплескивающимся сквозь прищур.

— Вы создаете прекрасную архитектуру, но живете в домах без водопровода, — существо провело ладонью по столу, сбрасывая с него крошки. — Вы украшаете витражами окна своих замков, но продолжаете пить напитки из металлических кубков и чаш. Перед вами открыты такие возможности, — ее лицо засветилось непритворным одухотворением, — но треть вашего населения до сих пор не умеет ни читать, ни писать. Пройдут тысячи лет, сменятся декорации, но вы все так же будете достигать успеха в одном и оставаться безнадежно отсталыми в другом. Потому что ни одно достижение не способно изменить главное — вашу эгоцентристскую психологию.

— Я сделаю вид, что понял каждое слово из твоей тирады, — Ордерион брезгливо скривил губы. — Говори, что хотела сказать, я кивну и быстро откланяюсь.

— Выход там, — существо указало на дверь и рассмеялось. — Беги, я тебя не держу!

Рубин

Хейди вернулась в комнату и прижалась спиной к двери.

— Что произошло? — Рубин встала с кровати, на которой лежала. — Почему ты выглядишь, как прежде? И где Ди?

— Галлахер и Ордерион здесь. Ди специально пошла в трактир, чтобы встретится с ними! Она вымогала у них седоулы и, в итоге, заключила с Галлахером уговор: через пять дней его люди доставят сюда сундуки с монетами.

— Нет! — выпалила Рубин. — Нельзя давать ей седоулы, пока мы не узнаем, что она задумала!

— Ди использует нас, — покачала головой Хейди, вытирая слезы, бегущие по щекам. — Ей веры нет! Нужно уезжать, Рубин. Твой отец — король. Ди сама говорила, что рассказывала ему свой план, а он помогать отказался. Возможно, твой отец знает, зачем ей нужны седоулы и что она собирается с ними делать. — Хейди прошла в комнату, схватила мешок и начала складывать в него вещи. — Ты со мной или мне ехать на поклон к Дарроу одной?

— Все седоулы у Ди! Мы даже за лошадей заплатить не сможем! — напомнила Рубин. — И уже вечер! Куда мы поедем?

— У меня припрятано пять монет в кошельке на подвязке, — Хейди похлопала себя по бедру. — С продажи скатертей и посуды в Зароне удалось выручить больше, чем Ди рассчитывала. Этого хватит, чтобы заплатить за лошадей и купить еды.

— А ночевать где мы будем?

— В лесу! — воскликнула Хейди.

— Вдвоем? — не поверила своим ушам Рубин. — Опомнись! Завтра утро настанет, и отправимся в путь. А сегодня запремся здесь и переждем.

— Останешься сейчас — завтра со мной уже никуда не поедешь, — покачала головой Хейди, продолжая набивать мешок вещами. — Раскиснешь при виде Ордериона и начнешь думать не головой, а чувствами!

— Я не собираюсь встречаться с Ордерионом, — покачала головой Рубин.

— Зато он очень сильно желает встретиться с тобой, — Хейди затянула завязки на мешке и закинула его на спину. — И запертая дверь его не остановит. Спрашиваю в последний раз: ты едешь со мной или остаешься?

— Еду, — кивнула Рубин, начиная быстро собирать пожитки.