Глава 4. Как заработать деньги безработному

Вернувшись домой, я застал брата, готовящего поздний ужин. Жареная картошка, несколько отбивных, салат из помидоров и огурцов.

— О, Серёга, круто! Я как раз проголодался!

— Ага, садись, жри, пожалста.

Несколько минут слышалось одно чавканье. Я с удовольствием ел, всё же на беготню и драку потратилось многовато сил. Когда мы перешли к чаю, настал момент успокоить брата.

— Слушай, я тут проходил мимо тех гаражей, где тебе встреча была назначена…

— Что там? — брат сначала вздрогнул, потом впился в меня взглядом.

— Похоже, на какое-то время у тех парней претензий к тебе не будет. Они там поножовщину устроили, что ли, я видел, как двоих из них на «Скорой» забирают.

— Фух! Надеюсь, они там другу друга насмерть зарежут! — Сергей повеселел, заулыбался, стал более расслабленным.

— Я тоже на это надеюсь. Но ты всё же особо не расслабляйся, если вдруг их увидишь снова — звони мне, хорошо?

— А что, это… ты их, что ли? — внимательно, с прищуром посмотрел на меня.

— Разве что я Эдвард Руки-Ножницы, ха-ха-ха! Так то у меня и ложки в карманах нет. — я даже напоказ вывернул карманы штанов.

— Ну и отлично. Лучше к этим уродам не лезть, а если сами друг друга порешат — туда им и дорога!

Мы ещё посидели, пообщались. Брат поделился своими планами на новый год, он хочет под это дело предложить девушке съехаться, а теперь, когда ему уже не угрожают бандюки — то точно это сделает! Я просто кивал и особо не трепался. А что? Утром я пойду увольняться, а сейчас в пакете в прихожей лежала неизвестная сумма украденных у наркош денег. Что тут особо говорить-то?

Утром мы разбежались, а я сходил на работу. Выходя из дома, я опять столкнулся с Машкой. Ну что херня, прям какой-то нехороший знак для меня. И когда я в другой мир улетел — я тоже с ней утром столкнулся, идя на работу. И вот сейчас. Нужно от этой бабы держаться подальше. Буркнув что-то приветственное, я пробежал мимо неё. Так, теперь только аккуратнее под ноги смотреть надо — гололёд нам не друг!

*****

Мария смотрела вслед убегающему Василию с непонятными даже для себя чувствами. Удивление? Недоумение? Растерянность? Ревность? Всё вместе?

Она помнила себя ребёнком, не так чтоб сильно ясно, но помнила. Старший брат Николай был для неё эдаким взрослым, которому всё разрешено! Он мог гулять с друзьями хоть до вечера, ходить на речку, лазить по подвалам, даже гладить дворовых собак — и то мог! А её никуда не пускали. И даже брат ею пренебрегал, считал её обузой. Она бегала за ним с криками «Коляя васьми миня с сабооой!», а он с друзьями отмахивались от неё.

Прошло время, Маша стала длинноногой стройной девушкой, и уже колины друзья бегали за ней, а не она за ними. Но никому из них удача так и не улыбнулась — девушка не говорила твёрдое «нет», но и встречаться ни с кем не спешила.

Прошли годы. Все выросли, выучились, сделали или не сделали карьеру. Коля женился и завёл троих детей, половина его друзей повторила его судьбу, а вторая до сих пор одни. Вот и Вася из тех, кто один. Неудивительно — он стал довольно стеснительным, замкнутым мужчинкой, да, именно так — мужчинкой. Маша знала, что он всё это время был чуть-чуть влюблён в неё — сложно были не заметить эти долгие, грустные взгляды, будто голодный ребёнок, смотрящий на чей-то ужин. Её эта его привычка пялиться на неё как смысл жизни всегда слегка раздражала. Она даже частенько выходила с очередным любовником в одно время с Васькой, чтоб позлить.

Но две недели назад случилось это происшествие. Она и узнала-то не сразу, просто удивилась, что он целую неделю не выходил. А потом увиделась с его матерью, неудивительно, в одном дворе-то живут, и мать-то всё рассказала. Непонятно, какие чувства задела эта новость, но тогда, когда он вернулся из больницы домой, она искренне ему обрадовалась. Детские воспоминания, наверное.

А он… А он посмотрел на неё как на чужую. Больше того — вообще не видел в ней человека. Она не могла сказать, почему именно она это чувствовала, но она знала точно — он стал к ней абсолютно холоден. Старая, облупленная табуретка — вот кто она была для него, это ясно читалось в его глазах, в его выражениях лица, в его движениях. А ещё он очень сильно изменился внешне — неожиданно подрос, похудел, лицо стало более мужественным.

Вот и сейчас. Он буркнул «привет» и обошел её, как лужу на дороге. Причём это был не постановочный жест, по заветам каких-нибудь интернетных пикаперов, а его настоящие чувства. И Марии от этого было не по себе. Ей казалось, что она что-то потеряла, такое, чего уже не вернёшь. Или всё же попытаться?..

*****

На работе мне сначала обрадовались, а потом наорали. Обрадовались тому, что я быстро выздоровел, а потом наорали за то, что увольняюсь. Мол как так, конец года, все зашиваются, всё правят, чтоб во время сдать дела и потом две недели бухать! А тут я в самую жару кидаю коллектив. И так далее и тому подобное. Я им жутко сочувствовал, но всё равно взял обходной лист, быстро оббежал всех указанных там и написал заявление по собственному. Директор был достаточно зол, подмахнул не глядя и сказал, чтоб я убирался даже без двух недель отработки — раз убегаю, бросая всех, то и хер со мной!