— Официальная позиция Империи всецело разъясняет этот момент, лорд Про. — Без какого-либо большого смысла произнёс органик, выгадывая себе немного времени. Палач же, поняв намерения посланника, не стал торопиться с ответом, ибо словесная доминация в данной конкретной ситуации не могла принести никакой выгоды. А вот затяжной диалог, в котором имперец может увязнуть и выдать больше информации — совсем наоборот.

Выдержав паузу в минуту, на протяжении которой “лорд Про” любовался заключительной частью парада, состоящей из прохода последней коробки “Эгид”-киборгов и пролёта пяти разных модификаций разработанного на Каюрри примитивного дрона, PR-0 проанализировал изменения в состоянии органика, и пришёл к тому, что диалог уже можно продолжить.

— Компенсации и извинения не сводят инциденты на нет, посланник. Они лишь смягчают последствия. Всё, что свыше этого — последствия не ошибки, но удачного шага и поверхностно замаскированной победы. — Алый визор опасно блеснул, привлекая к себе внимание. — Так можно запутать простого гражданина какого-либо государства, контрабандиста, пирата, отчаянного вояку или уверенного в себе корпората. Но не того, кто изначально делал ставку на своё выживание среди политических акул всех мастей.

Пауза, вновь возникшая по вине Про, продлилась не очень долго — всего с десяток секунд.

— Признаться, в такие моменты я сильно скучаю по временам своей учёбы, когда дискуссии велись куда как более широкие, нежели сейчас, во “взрослой жизни”. — Мужчина совсем по-старчески хохотнул, и определённо потянулся к подбородку, дабы огладить отсутствующую бороду. — Вы не заблуждаетесь в своих словах, лорд Про, но и истиной в чистом виде я услышанное назвать не могу. Всё зависит от точки зрения, которая у вас, как у независимого игрока, отлична от моей или, скажем, столпа Фо`Ганди. Но в одном я уверен точно: усидеть на двух стульях вам вряд ли удастся…

— Даже если не садиться ни на один? Я полагал, что вы уже осознали тот факт, что Каюрри в данный момент не выступает на чьей-либо стороне…

— Вы вправе так считать, лорд Про. Но я уверен в том, что или сам Муззик Фо`Ганди, или разумные, за ним стоящие, считают иначе. Сильные мира сего привыкли брать то, что им интересно — и лишь равный им способен оказать какое-то противодействие. — Человек убрал руки за спину, чуть приподняв голову и устремив взгляд в небо, туда, где без лишнего шума через атмосферу проходил очередной корабль. Парад — парадом, но закрывать полёты над космопортом PR-0 посчитал неприемлемым для репутации Каюрри как хаба. — Просто знайте, что если однажды в соседствующих с вами системах окажутся имперские корабли, встретить их лучше не как врагов, но как друзей.

— На этой планете всех встречают одинаково, посланник. Как партнёров.

— Хотелось бы верить в то, что так оно останется и впредь, лорд Про. — Степенно произнёс органик, и тоном, и всем своим видом дав понять, что на этом их разговор подошёл к концу.

А после он и вовсе сместился к представителю Пространства Федерации, Бордьюи, с которым тут же начал обсуждать не абы что, а торговые взаимоотношения внутри сектора. Это на самом деле было очень важно, ведь войны без правил и договорённостей не хотела ни одна из сторон. Торговля должна была продолжаться, а кредиты — собираться на счетах самых могущественных и крупных корпораций, влияние которых на политических игроков было неимоверным. В истории галактики было слишком много прецедентов, когда по желанию “финансовых императоров” начинались войны, по сравнению с которыми конфликт Империи Гердеон и Пространства Федерации был не более, чем аккуратной дуэлью на ринге под присмотром судьи.

— Кхе-кхе. — Хирако могло показаться, будто он смог подобраться к Про незамеченным, но это мнение было ошибочным. К машине, на которой были завязаны потоки информации со всего города, не подлетела бы даже прозрачная мошка. — Освободился?

— Да. На ближайший час более никаких встреч не запланировано. — Произнёс PR-0 голосом, который был практически неотличим от такового у полноценного органика-человека. Замену и модернизацию вокабулятора было решено произвести, дабы лорд Про обрёл в глазах сторонних зрителей чуть больше “человечности”. — Гордишься своими подчинёнными?

Коммодор действительно лучился довольством. Что раньше, наблюдая за чётко вышагивающими офицерами, стоящими во главе колонн и коробочек дроидов, спущенных на поверхность специально для парада, что сейчас, мысленно смакуя эти ценные для любого лидера моменты. Он много сил приложил для того, чтобы сделать из пиратов и налётчиков элиту нового государства.

Тех, к кому будут относиться с подлинным уважением.

Тех, у кого будут семьи.

Тех, у кого будет дом.

Получилось ли у него — пока неясно. Впервые с Про тогда-ещё-пиратский-капитан встретился меньше четырёх лет назад, и срок этот, признаться, даже среди короткоживущих считался не очень большим. Многие ради повышения с клерка до того же клерка, но рангом повыше батрачат на работе по десять-пятнадцать лет своей жизни, в то время как Хирако прошёл путь от капитана пиратского судна до коммодора первого Каюррианского флота всего за четыре года. Стал ли он счастливее? Определённо. Но точно не благодаря материальному благосостоянию, которое для одинокого мужчины не играло большой роли. Большую часть своего времени он так или иначе проводил на работе… и это его всецело устраивало. Ответственность и значимость принимаемых решений служили топливом для духа коммодора, которому, казалось, больше ничего и не надо было. Ну, кроме сражений. И иногда — выпивки.

— Сложно не гордиться, Про. Для тех, кем мы были всего четыре года назад, этот путь представлял собой полосу препятствий со смертельными ловушками. Собственно, по этой причине до этого парада и не дожила почти четверть тех, кто изначально шёл за мной. — Особенно паршиво коммодор себя ощущал, когда вспоминал о том, что именно в бою погибло не так уж и много разумных. Остальных ему пришлось казнить, и зачастую — своими руками. — Зато оставшимися парнями я могу гордиться, как самим собой.

— Они и правда демонстрируют поразительную результативность на своих должностях. Настолько высокую, что привлечение наёмников на службу, в том числе и посредством работы нашего общего знакомого, более не кажется таким уж плохим способом вербовки кадров. — А так как вопрос доверия стоял весьма остро для любых органиков, а не только тех, что были пиратами, контрабандистами и прочими преступниками, граница между законопослушными единицами и их противоположностями размывалась ещё сильнее. Построенные модели указывали на то, что использование “отбросов общества” в конечном счёте окажется эффективнее и дешевле. Заинтересовать разумного, у которого есть выбор — сложно, в то время как у преступников выбора, как правило, нет вообще. И если этот выбор предоставить, то взамен можно получить лояльность, обеспеченную не одними лишь деньгами.