– Откуда на этот раз, таинственный граф? Уж не из Китая ли?

– Сожалею, мадам, на этот раз мое путешествие было недолгим. Я приехал из Шамбора по вызову его величества.

– Из Шамбора? Помнится, этот дворец был построен королем Франсуа*...

– Вы правы, мадам. Франциск заложил замок, возвел главный донжон* и крылья, однако закончен он был уже при Генрихе II. Франциск любил это место, там превосходная охота. В его кабинете есть собственноручно выцарапанные на стекле стихи, сочиненные королем в минуту печали:

Жить в сердце женщины дано так мало дней.

Безумен тот, кто верит ей.

– Хорошо сказано, не правда ли, граф?

– Я был восхищен этим автографом, мадам.

– Что за человек был Франсуа? Могла бы я в него влюбиться?
– спросила маркиза.

– Он был очень привлекательный мужчина. Чернобородый, с пламенными глазами. Галантный вояка, как, впрочем, большинство королей из рода Валуа. Много повидавший, побывавший в испанском плену. Жаль, что характер у него был очень непостоянный. В те годы он пытался перевооружить свою армию на испанский манер - поставить в строй как можно больше мушкетеров, однако первые же трудности охладили его пыл. Я предложил ему помощь, но он даже слушать меня не стал. Заткнул уши и отвернулся. В трудные моменты так обычно поступают все короли.

Маркиза засмеялась.

– Вы все такой же шутник, Сен-Жермен. Как вы полагаете, я сумела бы произвести впечатление при его дворе?

– Вне всяких сомнений! Даже Мария Стюарт и королева Марго де Валуа отдали бы вам должное. Особенно молоденькая Марго. Большое удовольствие было слушать, как она декламировала стихи.

Мадам де Помпадур вновь не удержалась от смеха.

– Вы, кажется, знали их всех?..

– У меня хорошая память, мадам, я много читал. Иногда просто не могу удержать от искушения набавить себе годков. Меня забавляет, что люди страстно желают верить, что я живу века.

– Но вы никогда не называете свой возраст, - сказала де Помпадур. Графиня фон Жержи повсюду твердит, что встречала вас в Венеции полвека назад. Вы тогда выглядели так же, как теперь.

– Это правда, мадам, много лет назад я был знаком с графиней.

– Выходит, вам сейчас за сотню!

– Вполне может быть.

Я тоже рассмеялся.

Джонатан в сердцах отбросил перо и тоскливо посмотрел на меня.

– Что случилось на этот раз, Джонатан?
– удивился я.

– Ах, ваша светлость, у меня голова идет кругом. Будто я попал в заколдованный замок или сумасшедший дом, в котором гостеприимный хозяин рассказывает мне такого рода истории, что хочется поскорее дать деру из этого заведения.

– Успокойтесь, Джонатан. Ваше дело записывать - и только. Зачем ломать голову, пытаться осмыслить услышанное. Не стоит всякий раз полагаться на разум. Логика удобна исключительно в предназначенных ей пределах. За ними же открывается не менее широкий простор, свободная даль, свежий ветер. Знали бы вы, какие созвездия мерцают там над головой!.. Я ни в коем случае не призываю вас последовать за мною в моих путешествиях - удобно устраивайтесь на берегу, хватайтесь за перо и смело чертите иероглифы-слова. Если после моих рассказов вас начнут одолевать яркие сновидения, не пугайтесь. Попытайтесь разобраться в увиденном, запомнить ощущения, проникнуть в их тайный смысл.

– Во сне?
– набычившись спросил Джонатан.

– Именно во сне. Плавая как бы одновременно и в яви, и фантастическом пространстве. Это трудное, но полезное упражнение.

– Полезное?
– саркастически усмехнулся рыжеволосый англичанин. Одновременно ощущать себя в яви и в ином фантастическом пространстве?.. Вы уж лучше диктуйте, милорд.

Я вздохнул.

– Джонатан, так дело не пойдет. Ты не желаешь верить очевидному - эта напасть хуже чумы. Ладно, постараюсь объяснить на примере. Встань!

Тот, неуклюже перекладывая длинные ноги, выбрался из-за стола. Я сел на его место, положил перед собой два чистых листа бумаги, опробовал второе перо и спросил.

– На чем мы остановились? Ага, вот две последние фразы: "- Выходит, вам сейчас за сотню!
– Вполне может быть.
– Я тоже рассмеялся..." Продолжим...

Я принялся писать обеими руками. На правом листе по-английски, на левом по-французски.

"...попытался выяснить у маркизы, с какой целью его величество пригласил меня в Версаль?

– Граф, вы всегда давали добрые советы королю, - ответила де Помпадур.
– На этот раз его величество желает, чтобы вы дали их англичанам.

– То есть?..

– Наш царствующий друг хотел бы негласно выяснить, на каких условиях англичане согласны подписать перемирие и перестать оказывать поддержку этому задире Фридриху? Непонятно только, зачем такая спешка?

– Быстрота - непременное условие сохранения европейского равновесия. Ах, маркиза, неужели вы не понимаете, что в нынешней политической обстановке решающее значение имеет здоровье российской императрицы Елизаветы. Его величество Людовик XV совершенно прав, что торопит события. Сейчас у коалиции есть возможность окончательно дожать горе-полководца Фридриха. После сражений под Кунерсдорфом, где русские наконец окончательно расправились с ним, после занятия Берлина, у короля Франции есть весомые шансы принудить Англию к миру на куда более выгодных условиях, чем тот, который придется заключать позже.