Пора возвращаться.

Вот только возвращаться неудачником Демьян не хотел.

– Браслет, – проговорил он. – Джет! Ты отдал Делфи браслет. Зачем?

От этой мысли он даже дышать перестал. Демьян уставился на болотные разводы, сел на малую гусеницу крана.

Самое паршивое, что может случиться при коллективном прыжке на вингсьютах, – это столкновение. Но Делфи сама с ним столкнулась, а не он с ней. Демьян не совершил ни единой ошибки при десантировании. Инструктор по прыжкам на костюме-крыле, с огромным опытом, полностью компетентная в своей сфере, которая учила их летать по траектории и вбила главное правило – любой ценой избегать столкновения.

И она же налетела на Демьяна. Сразу после того, как получила на руку непонятный кусок металла от Джета.

Дрожащими пальцами Демьян сорвал горлышко фляги, отпил немного. Затем полил себе на голову, снова начавшую пульсировать.

– Притяжение, – задышал он вслух. – Джет, у тебя было два браслета. Один ты оставил себе, второй дал Делфи. И вы оба выжили при прыжке, оба попали в кольцо. Единственные из «Примы», не считая меня. Да и мы с Делфи прошли бы мимо, если бы ее не притянуло к тебе.

Хлопая глазами, проводник обернулся. Сзади никого не было.

– Вы оба должны были попасть сюда, – проговорил Демьян. – Делфи влетает в меня, меняет мне траекторию падения. Потому и я тоже попал. Если бы не это столкновение – я был бы мертв. Ты знал, мелкий засранец. Или догадывался. Чувствовал с самого начала, что шансов мало, если только…

Невидимая сила потянула флягу из рук Демьяна. Он тут же сжал ее сильнее, встал с крана, чувствуя, как вперед тянется все металлическое, включая дробовик. Подобные явления были ему знакомы. Похоже, впереди начала проявляться аномалия. Но откуда?

Болото внезапно забурлило. Демьян выронил флягу, перехватил дробовик.

Над поверхностью показалась серебристая верхушка металлического шара. Следом плавно выплыл и сам шар. Ничего подобного Демьян ранее не встречал. Поначалу он решил, что это стенобитный шар, который изначально был частью «Журавля» и затем утонул. Но после понял, что такого металла в природе никто не видел.

«Журавль» внезапно начало потряхивать. Грузовик чуть потянуло вперед, колеса медленно начали вращение.

Демьян положил палец на спусковую скобу и услышал звук рвущегося пластыря. Осколки, металл в ране!

Рукой в перчатке проводник схватился за живот, готовясь к худшему. Но боли не было. Совсем. Лишь легкая щекотка.

Из живота показались металлические нити, в цвете которых проводник сразу опознал элементы пулевой оболочки. Демьян сорвал с себя разгрузочный жилет, приподнял футболку. Все происходящее до того не укладывалось в голове, что проводник предпочел оставаться посторонним наблюдателем. И к тому же у него не было желания себе навредить.

Так что он молча наблюдал, как шар вытягивает из его раны осколки поразившей его пули. Да еще делает это настолько филигранно, как не работал даже самый лучший хирург.

Как только вылетели последние нити, проводник упал на колени и повалился на землю. Пусть запоздало, но тело все же отреагировало набором самых разных реакций: от зуда до непонятных уколов. Не будь Демьян напичкан лекарствами с головы до ног – реакция была бы намного сильнее.

Он уставился на непонятный шар, который поглотил нити.

– Откуда ты? – выдохнул Демьян. – И кто?

Шар тут же нырнул в болото, подняв кучу сизых брызг.

Демьян тут же отполз, вскочил на ноги, вернулся к грузовику. Запрыгнул в кабину, повернул ключ, помчался обратно, в сторону Бара. И ехал, пока снова не затормозил. На этот раз никакие пассажиры на коленях ему не мерещились.

Двигатель заглох, но проводник этого даже не заметил.

– Магнит, – проговорил он. – Маг… Но почему?

Ответа ему, конечно, никто дать не мог. Странное происшествие у крана не укладывалось в голове. Психика отказывалась рассматривать его иначе как странное сновидение.

– Пора проснуться. – Демьян открыл «бардачок», вытащил карту местности. Развернул, глядя при оранжевом освещении на знакомые ему объекты.

– Физика, – проговорил он. – Ты все выстроил по законам физики. Весь план… И этот бег…

Демьян ткнул пальцем в самую нижнюю точку, где как раз и находился. Провел по вертикали до верхнего края карты.

– Здесь ничего нет, на этом юге, – произнес он и перестал думать вслух, боясь потерять мысль за чередой эмоций. Зажмурился, пытаясь поставить себя на место брата.