Шрифт:
Жена молча плакала, сидя у окна. Уж лучше бы Али пока не возвращался…
А ПЛАКАТЬ-ТО ЗАЧЕМ?
В этот день в 9 «А» урока литературы не было по расписанию, но Сабур ждал, что Хамис Хадисовна сама найдет его на перемене и скажет, договорилась ли она о переводе Али в вечернюю школу. Но Хамис Хадисовна к нему не подошла. На перемене, он видел издали, она была окружена тесным кольцом семиклассников. Сабуру показалось, что она расстроена. Появилось ощущение непонятной тревоги.
Мина тоже ходила подавленная. Она считала себя виноватой и перед Сабуром и перед Али. Но больше, конечно, перед Сабуром. Он-то вообще не был ни в чем виноват!
На перемене Мина не выдержала, подошла к Сабуру:
— Знаешь, мне так совестно перед… Али. — Она хотела сказать другое, но у Сабура был надменный вид, и она боялась услышать в ответ какую-нибудь колкость.
— Да? — небрежно обронил Сабур.
Мина обиженно пожала плечами и отошла.
Джейран Сабур старался не замечать, хотя нет-нет да и посматривал в ее сторону. А она как ни в чем не бывало болтала и шутила со своими подружками.
— Слушай, ты чего изводишь Сабура, мне его жалко! — шепнула ей соседка по парте.
— Я извожу Сабура? — удивилась Джейран.
— Ты! Не в меня же он влюблен!
— Сабур?
— Ну конечно!
— Откуда знаешь?
— Все знают в классе.
— А Мина?
— Знает ли она?
Джейран смутилась:
— Кажется, ему Мина нравится.
— Не выдумывай, пожалуйста! Ты ведь и сама видишь. А на Минином месте я бы вела себя по-другому. Девушка должна быть гордой.
Сердце у Джейран забилось тревожно и весело. Надо же! И как ей жаль Мину… Надо бы сделать для нее что-нибудь хорошее, приятное. Вот только — что?..
Сарат Магомедовна вела урок, произносила какие-то слова… Джейран смотрела на нее с улыбкой, но ничего не слышала.
— Тебя вызывают к доске! — соседка толкнула Джейран в бок.
Она встала, все еще улыбаясь, и потихоньку сказала:
— Я… я сейчас не могу…
— Не можешь отвечать?
Джейран опустилась на парту и неожиданно заплакала, сама не понимая, что с ней.
— Сарат Магомедовна, она сегодня не выучила, у нее голова болит! — нашлась соседка.
— А плакать-то зачем? — удивилась учительница. — Взрослые люди, а ведете себя как дети.
Сарат Магомедовна покачала головой и поставила в журнале против фамилии Джейран толстую точку.
КИНО-МИНО
Насиба встретила сына не особенно приветливо. Она не умела таить обиду, но и объяснять сыну, на что она сердится, тоже не считала нужным.
— Что нового в школе? — с подчеркнутой заинтересованностью спросила мать.
— Да ничего как будто, — ответил Сабур.
— Ты меняешься на глазах! На тебя плохо влияют!
— Кто?
— Раньше ты никогда мне не врал.
— А сейчас разве вру?
— Сама этому удивляюсь!
— О чем ты, мама?
— Мне сказали, Али бросил школу, а ты говоришь, что нового ничего нет! Он оторвал голову скелету и разбил окно, подравшись, а ты утверждаешь, что ничего не произошло. Или это все рядовые события?
— Я не знал, что тебя интересует…
— Я знаю, знаю, почему ты молчишь. Али тебе дороже отца и матери!
— Зачем ты так, мама. Али сейчас трудно. Он и сам еще не знает, как ему быть дальше. Ему не с кем поделиться и посоветоваться. Отец у него человек слишком жесткий, а мать в полной зависимости от отца. Ты же сама всегда бросаешься помогать, если человек в беде!
— Не уговаривай! Я не хочу, чтобы ты…
— Не могу быть другим, мама. Вы сами меня так воспитали!
— Ладно, вернется с родительского собрания отец, тогда и поговорим!
…Отец вернулся с собрания мрачный.
— Почему молчишь? — спросила Насиба мужа, чуя что-то неладное.
— А что говорить-то? Собрание как собрание, — ответил Султан и посмотрел на сына.
— Но все-таки… О чем там говорили?
— А, — махнул рукой Султан, — ерунда какая-то!
Но когда мать ушла на кухню готовить ужин, он пальцем поманил к себе Сабура и спросил у него потихоньку:
— Ты в самом деле в тот вечер выпил вина?
— Ни капельки!
— А окно разбил ты? И еще этот скелет?
— Ни окна не разбивал, ни скелета в глаза не видел.
— А почему ты это на себя взял?
— Али надо было выручать. У него дела совсем плохи.
— А почему он оказался подвыпившим?
— Ходил поздравлять нового чемпиона. И напоздравлялся.
— И что же он теперь собирается делать?
— Хочет пойти работать, а учиться в вечерней школе.
— Я бы мог взять его к себе учеником.