Потянувшись вверх, я мягко откидываю ее волосы с плеч, чтобы они упали на спину.

— Скажи мне, дорогая, ты собираешься трахаться с другим мужчиной?

— Нет, - поспешно отвечает она.

— Ты позволишь другому мужчине прикоснуться к тебе или поцеловать?
– продолжаю я.

Покачав головой, она глубоко вдыхает.

— Только тебе.

— И кто же я?

Сглотнув, она отвечает:

— Мой муж.

Наклонившись, нежно целую ее лоб.

— Хорошая девочка.
– Отстранившись, я снова хватаю ее за бедра и оттаскиваю от стола. Она прикусывает нижнюю губу, чтобы не хныкать от движения ее отшлепанной попки. Я тяну ее за стол, открыв верхний ящик, беру свой нож. Раскладывая его, я разрезаю застежку-молнию.

— Иди наверх, прими душ и ложись в постель. Я скоро приду.

Она возвращается к столу, хватает свои шорты, натягивая их, прежде чем выбежать из моего кабинета.

Я сажусь, открываю камеры и наблюдаю за тем, что произошло сегодня вечером. Почему ее разозлило то, что я с кем-то трахаюсь. Дохожу до места, где вижу, как она разговаривает с Бетани, и нажимаю на кнопку воспроизведения. Я не слышу, о чем они говорят, но Бетани уходит через танцпол, и я смотрю, как Лейк занимает ее секцию.

Сменив камеру, я следую за Бетани, чтобы увидеть, как она входит в раздевалку. У меня там не установлены камеры, но я перематываю вперед, чтобы увидеть, что она была там почти тридцать минут. Когда она возвращается, она идет прямо к Лейк, и могу сказать, что в тот момент, когда моя жена попадает на камеру, она уже выглядит разозленной. Они обмениваются несколькими словами, а затем Лейк убегает в мой кабинет.

Выключаю камеру и сажусь поудобнее. Не нужно быть ученым-ракетчиком, чтобы понять, какой диалог был между ними двумя. Бетани хочет заставить мою жену думать, что она была в моем кабинете и трахалась со мной. Вопрос в том, почему?

Бетани ревнует? Я имею в виду, мы трахались, но это никогда не было больше, чем секс. Я использовал ее, и ей это нравилось. Вот и все. Может быть, она делала это, зная, что Лейк придет сюда и будет наказана. А может, она надеялась, что Лейк найдет парня и отомстит. Заставит меня оттолкнуть себя, чтобы я снова трахнул Бетани.

Спустившись на первый этаж, я выхожу из лифта и подхожу к бару, пока играет клубный ремикс "S & M" Рианны, а фиолетовые и синие огни мигают в такт басам.

Бо замечает меня из-за барной стойки и хмурится.

— Все в порядке, босс?
– кричит он, когда я подхожу к месту выдачи заказов.

Я перегибаюсь через стойку и кричу в ответ:

— Пусть Ники займет секцию Лейк до конца вечера.

— Не понимаю, зачем ты вообще дал ей секцию.
– Я смотрю направо и вижу Бетани, стоящую рядом со мной. Она кивает Бо и заказывает напитки в бутылках для одного из своих столиков.

Я решаю пока держать рот на замке. Я хочу посмотреть, как все это будет происходить. Мне нравится, когда моя жена ревнует.

Бетани смотрит на меня, когда я замолкаю, и добавляет:

— Она не может делать эту работу.
– Прижавшись боком к барной стойке, она толкает свои сиськи мне в лицо. Они никогда меня не волновали, так что я не знаю, почему она думает, что сейчас что-то изменилось.

— Она может.
– решаю сказать я, защищая свою жену. — Но я бы предпочел, чтобы сегодня она лежала на спине, а не работала на ногах.

Ее глаза расширяются от моих слов на кратчайшую секунду, а затем сужаются от моего комментария.

Бо смеется, передавая Бетани ее заказ. Я постукиваю костяшками пальцев по столешнице бара, а затем поворачиваюсь и возвращаюсь в свой кабинет.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ

ЛЕЙКИН

Просыпаюсь на следующий день, а задница все еще горит. Я заснула на животе, чтобы облегчить жжение, но проснулась на спине. Одна. Не помню, чтобы Тайсон поднимался наверх прошлой ночью. После того, как он отшлепал меня, как ребенка, я побежала в квартиру и заплакала, чтобы уснуть.

Я была смущена, пристыжена и мокрая от того, что он со мной сделал. Хорошо, что он не заставил меня снять мои покрытые спермой трусики в его кабинете, чтобы проверить.

Но я получила урок. Он может передать меня другому лорду. А я этого не хочу. Я видела лордов на протяжении многих лет и знаю, через что пришлось пройти некоторым женам. Слышала, как подруги моей матери плакали перед ней из-за того, что их заставляли делать. Тайсон - чертов ублюдок, но могло быть и хуже.

Садясь, я с шипением вдыхаю, когда следы от его ремня растягивает кожу на моей заднице и верхней части бедер. Мне удается слезть с кровати и одеться. Он даже не дал мне закончить смену прошлой ночью. Не то чтобы я могла. Никто не хочет, чтобы его ждала плачущая женщина, выглядящая в полном беспорядке.