— Какого хрена, Лейк?
– огрызается она, обращая на меня свой гневный взгляд. Она выглядит так, будто готова ударить меня своим подносом.

— Я об этом не просила, - рычу я ей в ответ. Злюсь не только на Тайсона, но теперь и на нее. Она говорит так, будто я ее обманула. Мне ничего не нужно в этом клубе, и я точно не просила выходить замуж за босса, с которым у нее явно сексуальное прошлое.

— Нет, ты просто трахалась ради этого.
– Она протягивает руку, берет стакан со смешанным напитком и делает шаг назад от меня, выливая содержимое на мои ноги.

Я задыхаюсь, отпрыгивая, когда содержимое стекает по моим икрам и попадает в туфли на высоких каблуках, которые пристегнуты к наручникам на моих лодыжках.

— Какого черта, Бетани!
– кричу я.

Она ставит пустой стакан на стойку и улыбается мне.

— Хорошей ночи. Мы будем нарасхват.
– Затем она перекидывает волосы через плечо и уходит с ехидной улыбкой на лице.

Шевелю пальцами ног, чувствуя напиток внутри моей обуви. Мои ноги уже скользят, выталкивая пальцы вперёд. Каблуки имеют высокий свод, из-за чего алкоголь скапливается внутри передней части туфель. Я поднимаю одну ногу за раз, отталкиваясь пяткой от задника, пытаясь опрокинуть ее вверх ногами, чтобы дать напитку вытечь. Получается, но немного остается. Тогда я хватаю несколько барных салфеток и начинаю засовывать их потокам, пытаясь впитать все, что смогу.

— Чем мне помочь?
– спрашивает Бо со вздохом.

— Принеси мне новую гребаную выпивку, - огрызаюсь я, забирая свой поднос. Разворачиваюсь, направляясь в VIP, и понимаю, почему Тайсон отдал его мне. Эта секция находится на возвышении над основным этажом. Мне приходится подниматься и спускаться по десяти ступеням. Каждый раз, блядь. На этих каблуках. Которые теперь мокрые. Мне уже хочется плакать.

Черт бы его побрал.

Тайсон был прав. Я приползу к нему сегодня ночью. И это не займет у меня много времени.

ТАЙСОН

Я сижу за своим столом, когда открывается дверь. Я поднимаю глаза и вижу, как Лейк входит, шатаясь, как Бэмби. Откидываюсь на стуле, когда она закрывает дверь и прислоняется к ней спиной. Я воздерживаюсь от улыбки.

По ее красивому лицу беззвучно текут слезы. Она плачет уже несколько минут, потому что ее макияж испорчен. Она ничего не говорит. Вместо этого падает на руки и колени, из ее рта вырывается крик. Я не знаю, от облегчения это или от боли. Из-за того, как сделан ошейник, она не может отвести глаза, полные стыда. Ей приходится смотреть на меня, пока она медленно ползет по полу моего кабинета к столу. Я остаюсь на месте, наслаждаясь маленькой победой.

Она огибает мой стол и смотрит на меня красными глазами и дрожащими губами.

Наклоняюсь вперед и провожу большим пальцем по ее губам, а затем оттягиваю их вниз, чтобы открыть ее идеально сияющие белые зубы.

В моем мире нет более королевской особы, чем она. Королева своего рода, вынужденная выйти замуж за бездельника - человека, который отказался от своего высокого титула, чтобы жить в трущобах с крестьянами.

— Это было трудно?
– спрашиваю я, и она хнычет. — Ты выучила, что твоя гордость приведет тебя к неприятностям, дорогая.

— Трудно?
– задыхается она.

— Повернись, сними шорты и подними задницу вверх. Лицом в пол.

Ее выражение лица меняется.

— Тай...

— Или возвращайся к работе, Лейк.
– Я отстраняюсь, когда она отказывается выполнить мой приказ. Повернувшись к своему компьютеру, я начинаю отвечать на письмо, когда слышу ее тихий плач. Взглянув краем глаза, вижу, что она повернулась ко мне спиной. Спуская свои шорты с ног, кладет на пол лицо, залитое слезами, и раздвигает ноги, выставляя в воздух свою задницу и киску.

Я снова поворачиваю свой стул лицом к ней, она покачивает бедрами вперед-назад, пытаясь устроиться поудобнее. Ничего не помогает. Это наказание.

Протягивая руку, просовываю два пальца сквозь дырочки ее колготок и провожу ими по киске.

— Тебе нравится боль, Лейк?
– спрашиваю я. Меня встречает молчание. — Потому что ты мокрая.
– Чтобы доказать свою точку зрения, я погружаю пальцы в ее киску, и она снова упирается в них. — Ты узнаешь, что я всегда буду побеждать, Лейк. Неважно, придется ли мне обманывать.

Я отпираю оба замка и снимаю кандалы с ее лодыжек. Затем снимаю каблук, и она вскрикивает от облегчения. Я поднимаю туфлю, переворачивая ее вверх ногами, и из нее вытекает жидкость. Я хмурюсь.

— Почему твоя туфля мокрая?

Она остается лежать лицом вниз, и я стягиваю другую туфлю. То же самое.

— Лейк?
– выкрикиваю ее имя.

— Я сбила воду с барной стойки и пролила на ноги, - тихо отвечает она.

Я подношу туфлю к носу и нюхаю. Она пахнет "Ред Буллом". Почему она лжет?