Поднимаю руки над головой и хватаюсь за его волосы. Он убирает руки с моей шеи и опускает одну на мою грудь, нежно массируя их. Они такие чувствительные от предыдущих половых актов.

— Твое тело выдержит это, Лейк. Тебе нужно тренировать свой разум.

Опускаю руки на его бедра и сжимаю его мускулистые ноги, когда он добирается до моего соска, заставляя меня шипеть. Они все еще набухшие.

— Готова рассказать мне, почему ты злишься на меня?
– спрашивает он.

— Неважно, - шепчу я.

— Попробуй, - бросает он вызов, отпуская мою грудь, и мое тело обвисает от облегчения и разочарования. Я хочу, чтобы он решил за меня. Мне приходит на ум связать меня и использовать. Заставить меня кончать снова и снова, пока я буду умолять остановиться и не смогу больше говорить. Тогда это поможет нам избежать этих неловких разговоров, которые мы даже не должны вести.

— Лейк, - предупреждает он, шлепая меня по груди, чтобы привлечь мое внимание. — Скажи мне. Почему ты злилась на меня? Что случилось?
– Его руки снова на моей шее, и я чувствую, что он пытается сделать массаж.

Я облизываю губы и закрываю тяжелые глаза. Почему, блядь? Алкоголь придает мне немного смелости.

— Почему ты до сих пор не спросил меня, хочу ли я детей?
– Я чувствую, что это единственный разговор, который нам сейчас нужно провести. Не хочу, чтобы он знал о моем разговоре с братом. Мне запрещено разговаривать со своей семьей.

Его руки замирают на моей шее.

— Ты хочешь детей?
– спрашивает он, как будто эта концепция безумна.

Я молчу, потому что он не ответил на мой вопрос.

Он вздыхает в ответ на мое молчание и признается:

— Я хотел... однажды.

На ум приходит моя сестра, и я задаюсь вопросом, была ли она беременна, как сказал мой брат, и не обрюхатил ли он ее специально.

— И?
– Я сглатываю. В горле образуется комок, не уверена, что хочу знать больше.

— Все поменялось, - просто говорит он.

Во мне просыпается ненависть, слезы наворачиваются на глаза. Уитни всегда была той, кого моя семья хотела видеть успешной. Они возлагали на нее большие надежды. Я - ребенок, от которого они многого не ждали. И теперь мой муж такой же. Он хотел от нее больше, чем когда-либо будет хотеть от меня.

— Отвали.
– Отпихиваю его руки от себя и встаю, выходя из ванны на шатающихся ногах.

— Лейк...

— Ты имеешь в виду, что женился на женщине, которая недостаточно хороша, чтобы стать матерью твоих детей.
– Я не знаю, почему меня это волнует, но это так. Почему, хотя бы раз, меня не может быть достаточно для чего-либо?

Он встаёт, вода стекает по его точеному телу. Это несправедливо, что он так хорошо выглядит. Он вздыхает, поднимается и проводит руками по волосам, чтобы стряхнуть лишнюю воду.

— Лейкин...

— Я не хочу детей, - признаюсь я, и его взгляд переходит на мои. — Знаешь почему?

Он открывает рот, чтобы ответить, но я не даю ему этого сделать.

— Потому что я не хочу приводить их в этот мир, а потом наблюдать, как они терпят боль.
– Его глаза смягчаются. — Я не хочу, чтобы у них была такая жизнь. Жизнь, от которой я не могу их спасти.
– Я глубоко вдыхаю. — Я не хочу видеть, как они связывают себя браком с мужчиной или женщиной, которые никогда не смогут их полюбить. Для кого они никогда не будут достаточно хороши.

Он подходит ближе ко мне.

— Лейк...

Я делаю шаг назад, и он останавливается.

— Быть одной в мире, полном миллиардов людей, - это ад.
– Я обхватываю себя руками, внезапно осознавая, что позволила ему сделать со мной сегодня. — Я просто хочу, чтобы хоть раз в жизни я могла сделать что-то для себя.
– Поворачиваюсь и выхожу из ванной, захлопывая за собой дверь. Сворачиваясь калачиком в постели, я пускаю первую слезу. Вот почему люди не должны пить. Это заставляет чувствовать то, чего вы никогда не ощущали раньше.

ТАЙСОН

Три года назад

Я сижу в игровой комнате в доме Лордов. Блондинка сидит у меня на коленях, ее большие сиськи у меня перед лицом. Она еще одна избранница Лорда. Ему плевать, кем или чем она занимается. Большую часть ночи он передаёт её по кругу, как кальян. Он получает удовольствие, наблюдая, как другие мужчины трахают то, что принадлежит ему.

В комнату входит Райат и ухмыляется.