– Сколько тебе лет? – неожиданно зло спросил он.

– Двадцать один, – с вызовом посмотрела она на обозленного поляка.

Агнеша, несмотря на внешнюю мягкость, умела за себя постоять, и сейчас не собиралась позволять этому Ворону обижать себя.

Тот собрался сказать что-то еще, но пан Юрий остановил его.

– Януш, остынь. Даже, если она та самая девочка, не ей стоит мстить.

Выходит, фамилия Джевицких тут известна и как-то связана с ненавистью этого Ворона, – неслось в голове Агнеши. Надо бы порасспросить маму. Та говорила, что родни у нее нет, но возможно она что-то знает из истории своего рода.

– Ты очень похожа на Божену, – сказала пани Ядвига.

– Вы знали мою маму? – не подумав, ляпнула Агнеша.

– Знали. Мы приезжали в Джевицы зимой. Тогда еще здравствовал король Стефан Баторий, а наши старшие сыновья были совсем крохами, – немного печально улыбнулась пани Ядвига.

А Агнеша обратила внимание, что женщина совсем не старая и, хотя фигура ее расплылась, лицом она очень хороша, особенно вот с такой печальной улыбкой. Была бы Агнеша художником, обязательно запечатлела бы ее облик на полотне.

– Тогда-то твои родители и познакомились. Ведь Вацлав состоял в свите моего мужа и прибыл вместе с нами.

– Вацлав? Но моего отца зовут Матвей.

Русское имя по-польски звучало, как Mateusz, и Мнишеки по-своему расценили реплику Агнеши.

– Мацей Джевицкий приходился тебе дедом. Они с женой выдали тебя за свою дочь, чтобы скрыть ото всех, что твоей матерью на самом деле является Божена, – сообщил пан Юрий.

– Нам историю твоего рождения и того, что в Джевицком замке в ту страшную ночь произошло, архиепископ Станислав Карнковский рассказал, – добавила Ядвига. – Он единственный в той резне живым остался. Шведы пощадили его, видимо из уважения к церковному сану. Но все думали, что девочка тоже погибла. Ведь на пепелище нашли детские останки.

– В замке мог быть еще чей-нибудь ребенок, о котором архиепископ не знал. Он и погиб, – предположил пан Юрий. – Как же ты выжила?

– Не знаю, – честно ответила Агнеша.

– А где жила все это время?

– В Варшаве. Наверное. Или в Кракове.

Агнешка несколько раз бывала в Польше с мамой и более-менее представляла, где тут что находится. Но сейчас-то она в Речи Посполитой, могло все и по-другому быть.

– Ты что, провалами в памяти страдаешь? – ехидно спросила ее рыжеволосая Софья.

– Страдаю, – обрадовалась подсказке Агнеша.

– Папочка, пусть Агнес у нас поживет и завтра с нами в Самбор едет, – неожиданно стала просить Марина. – С тех пор, как Аннушка уехала, мне совсем одиноко.

– Что ж, – принял решение пан Юрий, – мы ведь имеем косвенное отношение к твоему появлению на свет. Поживешь у нас, пока не вспомнишь, где твой дом. А Мнишеки от одного лишнего рта не обеднеют.

Для Агнеши такое предложение было наилучшим в сложившейся ситуации. Ее не выгнали на улицу и не особо озаботились тем, как девушка вообще появилась в доме воеводы. Ночью она попробует найти ту треклятую дверь.

– Пан Юрий, Вы доверяете ей?

Злой голос Ворона нарушил благостные думы Агнешки.

– Она может быть шпионкой, – не унимался он.

Так бы и треснула этого гадкого поляка. И что он к ней прицепился?

– Януш, если она шпионка, тем интереснее, – усмехнулся Юрий Мнишек.

Агнеша вспомнила, как историк Горелик, а за ним и гид Юлиан характеризовали воеводу авантюристом, интриганом, мастером закулисных игр. Стало ясно, что странное появление какой-то воскресшей девочки возбудило интерес пана, потому он и позволил ей остаться. Марина своей просьбой предоставила отцу отличный предлог для того, чтобы дать кров незваной гостье.

Ворон тяжело глядел на нее.

А не придет ли он этой ночью убивать меня? – по-настоящему испугалась Агнеша. Все шляхтичи в этом зале при оружии. Даже у добродушного толстяка Станислава сабля за поясом. Она пыталась вспомнить, имелось ли в семнадцатом веке какое-либо огнестрельное оружие. Хотя, какая разница. Если этот мрачный тип явится по ее душу, она не спасется ни от меча, ни от огнестрела.

Обстановку разрядила пани Ядвига.

– Софья, выдели пожалуйста нашей гостье какую-нибудь одежду для сна, а ты, Марина, проводи Агнес в любую комнату для гостей на первом этаже.

Затем она обратилась непосредственно к ней:

– Мы уже поужинали. Я распоряжусь, слуги принесут в твою комнату еды.

– Спасибо, – поблагодарила Агнеша.

– Идем, – подхватила ее за руку Марина своей маленькой ладошкой. – Я чувствую, мы с тобой подружимся.

Агнеша улыбнулась такой горячности. Неужели, именно вот эту жизнерадостную и добрую девочку в ее ближайшем будущем заклеймят расчетливой проходимкой?

– Кто такая Аннушка? – спросила она, пока они кружили по многочисленным замковым коридорам.