— Кто это нарисовал?

Хозяйка, подойдя ближе и щурясь, взглянула на рисунок.

— Похоже, это Айа, она все время рисует небо, звезды и…

— Я бы хотела ее увидеть, если это возможно, — перебила Аггуль, все так же всматриваясь в рисунок.

— Да, да, конечно, — пролепетала хозяйка, и, быстро осмотрев комнату, добавила, — ее здесь нет, если вы не против, я поищу девочку?

Аггуль слегка кивнула и продолжала рассматривать рисунки. Девочки в комнате несколько оживились, увидев, что наставница вышла и смелее посматривали на незнакомую госпожу. Никто, однако, не решился с ней заговорить. Аггуль же изучая рисунки, не забывала наблюдать за детьми. Ее зоркий глаз отметил и склоненную за книгами спину темноволосой девочки, ее уставшие покрасневшие глаза, и исколотые ручки белокурой малышки, сшивающей лоскуток за лоскутком. Остальные дети не так сильно заинтересовали госпожу. Она решила подойти ближе к занимающейся девочке. Невольно Аггуль закрыла собой свечу и, увидев, как девочка поморщилась от того, что ей стало плохо видно, и кто-то помешал ее занятиям, улыбнулась.

— Как тебя зовут?

То как неохотно темноволосая девочка встала, предварительно отметив место в книге, где она закончила читать, слегка недовольно поклонилась, позабавило Аггуль. Еще больше ее удивил ответ.

— Меня зовут Эрра, госпожа.

— Но разве это не мужское имя? — недоуменно спросила Аггуль.

Девочка, изо всех сил стараясь быть вежливой, все же не смогла скрыть раздражение и, просто пожав плечами, промолчала.

— Кто же подарил тебе такое имя? — произнесла Аггуль, с любопытством глядя на опустившую глаза девочку.

В этот момент в комнату вошла хозяйка, она вела за руку девочку лет 8 с покрасневшими и еще влажными руками, не смотря на то, что малышка усердно продолжала вытирать их о свой заштопанный фартучек.

— Госпожа, это Айа. Айа, поклонись госпоже, — пробормотала хозяйка, недовольная недогадливостью своей подопечной.

Девочка довольно неуклюже и смешно поклонилась. На что Аггуль дружелюбно сказала:

— Не стоит, не стоит. Мне очень понравился твой рисунок, Айа. Ты любишь рисовать небо?

Перепуганная и донельзя смущенная девочка нашла в себе силы только для того, чтобы кивнуть. Отчаянная попытка спрятать красные, обветренные руки, не имела успеха, и Аггуль поняла, что девочка стирала.

— Спасибо, здесь я увидела все, что хотела, — произнесла Аггуль и улыбнулась всем девочкам в комнате.

— Хозяйка, это все дети, которые живут у вас?

— Нет, госпожа, есть еще и мальчики. Да и задания по ведению дома распределены между другими воспитанниками. Позвольте вас проводить?

Когда обе женщины вышли, девочки взволнованно начали перешептываться, пытаясь угадать и строя самые невероятные предположения о том, кто была эта госпожа, с которой так почтительно обходилась их наставница. Эрра, нахмурившись, что из-за пустой болтовни отвлеклась от занятия, придвинула поближе свечу, и продолжила читать. В уголке пискнула Хи, уколов в который раз палец. Айа же, постояв какое-то время, пошла обратно в прачечную выполнять порученную ей работу. Руки девочки ныли, на глаза просились слезы. Завтра она уж точно не сможет ничего нарисовать.

Тем временем, женщины проследовали в половину мальчиков. Аггуль пробыла там совсем немного, около 10 минут. Теперь она немного понимала своего наставника, теперь она была уверена в своем выборе. Аггуль попросила хозяйку Бахти поговорить наедине, там, где бы им не помешали. Бахти, немало удивленная и взволнованная, проводила благородную гостью в свою комнату.

— Госпожа, я… — начала ничего не понимающая Бахти.

— Позвольте мне сказать, хозяйка. Я приехала к вам незваной, не учитывая наши обычаи. Прошу меня еще раз простить. Но цель моего визита может оправдать такой мой неприглядный проступок. Я прибыла к вам в надежде выбрать детей, чтобы не только воспитать их достойными тех имен, которые они носят. А… чтобы помочь так же, как когда-то помогли мне. Как видите, я искренна. Я стара, но, как мне кажется, за свою долгую жизнь не сделала главного, не воспитала детей.

Аггуль замолчала, и Бахти не произнесла ни слова. Она понимала, почему глава семьи ко Арджит, благородная, пришла к ней. Все в Балии знали историю Белого Цветка. Бахти понимала, что ей будет легче, если Аггуль заберет какого-нибудь ребенка, но ее многое волновало и, стараясь не обидеть Аггуль, Бахти решилась на вопросы.

— Я бы хотела узнать… если вы хотите забрать ребенка, вы введете его в семью? Дадите свое имя?

— Естественно. Нам не помешала бы новая кровь. Слишком закостенело все, — спокойно ответила Аггуль.

Бахти, не видя признаков раздражения на лице собеседницы, продолжала:

— И вы будете учить этого ребенка тому, что делают ко Арджит?

Аггуль внимательно посмотрела на хозяйку и поняла, что как бы она ни хотела облегчения своего нелегкого труда, как бы ей ни было тяжело, судьба детей ее волнует.

Ласково улыбнувшись, Аггуль кивнула.

— Да, это моя цель.

— Ну, что же. Я узнала все, что хотела, кроме… Кого из детей вы хотели бы взять?

— Эрру, Айу, Хину и того мальчика Энки…