Шрифт:
Зоя не сразу положила трубку на рычаг. Несколько минут она оцепенело сидела на полу в прихожей и прокручивала в голове весь только что состоявшийся разговор.
«Как он грубо со мной разговаривал… Будто я в чем-то провинилась. Странно, сам ведь на уроках смотрит, значит, я все же вызываю у него интерес, а тут… Может, в школе что-нибудь или с предками поцапался, а я с этой книжкой дурацкой привязалась…» – тут же нашла оправдание Зоя хамскому тону Фишкина.
«Дурацкая книжка» была частью ее плана. А как иначе она сможет передать ему блокнот со стихами? Не в школе же, где и он, и она постоянно на виду у ребят. Нет, все должно быть только с глазу на глаз, тэт-а-тэт, как любит говорить мама, очень неплохо знающая французский язык. Только заманить любимого на этот самый тэт-а-тэт оказывается ох как непросто!
«Эх мама, мама! Ты там в своем Алжире испытываешь какие-то секретные радиоустановки и не подозреваешь даже, что твоя единственная дочь влюбилась до потери пульса… Настолько, что даже занялась на этой почве стихоплетством, чего никогда ранее за ней не наблюдалось», – внезапно Зоя с грустью подумала о маме, почувствовав, как ей не хватает сейчас ее поддержки.
Резкий звонок в дверь вывел девушку из оцепенения. Она не знала, сколько времени просидела в прихожей, предаваясь печальным мыслям. Видимо, достаточно долго, если Вадим уже стоял перед дверью ее квартиры. В том, что это был именно он, Зоя почему-то не сомневалась.
Взяв себя в руки и почти не волнуясь, Зоя повернула ключ в замке. На пороге стоял мальчишка лет десяти, белобрысый и щуплый. Нахохлившись, как цыпленок, он смотрел на Зою снизу вверх. С его тонкой ветровки струйками стекала вода.
– Ты, что ли, Зоя? – спросил мальчишка, моргая мокрыми белесыми ресницами.
– Да… А ты кто?
– Я сосед Вадькин, Мишка. Он меня послал тебе книжку какую-то отнести. На, держи! – И мальчишка вытащил из-за пазухи знакомую книгу в темно-зеленом переплете.
– А… зачем же ты согласился? Там же дождь, а ты без зонта, заболеешь…
– Да ладно… Он мне полтинник обещал, а это деньги, на них много чего купить можно, если по-умному тратить. – Мишка неопределенно махнул рукой и вприпрыжку помчался вниз по ступеням.
А Зоя все стояла на пороге с открытой дверью, невидящим взглядом вперившись в одну точку. Она не знала, как отнестись к произошедшему. Весь ее план рухнул, едва начав осуществляться.
«Все-таки жаль, что я не настояла, надо было самой к нему зайти. Правда, он так испугался почему-то… – никак не могла успокоиться Зоя. – Но не пацану же этому отдавать блокнот! – горько усмехнулась она. – Ну, и как же теперь быть? А что, если подбросить блокнот Вадиму в рюкзак? Нет, я никогда не смогу этого сделать. Кто-нибудь обязательно увидит, как я роюсь в чужих вещах, та же Тополян. Доказывай потом, что я не украсть хотела, а наоборот… – Зою даже передернуло от мысли, что при таком раскладе ее блокнот с сокровенными стихами непременно станет достоянием всех. – Просить кого-то передать стихи Вадиму, пусть даже Люсю, я не стану. Несолидно это и трусостью попахивает, – продолжала она обдумывать проблему. – Я сама и только сама должна это сделать. Нет, как ни крути, а все же придется идти к Вадику домой! Адрес я знаю… Ну не выгонит же он меня, в самом деле! Если гора не идет к Магомету, то придется мне стать Магометом!»
Существует очень красивая и мудрая притча. Кто ее автор, нам неведомо, да не так уж это и важно. Важно то, что автор, кем бы он ни был, абсолютно прав и жизнь ежеминутно доказывает его правоту.
А смысл притчи вот в чем. Собрались все человеческие чувства и качества вместе и решили поиграть в прятки. Водить выпало сумасшествию, а остальные попрятались. Ну, к примеру, лень укрылась за ближайшим камнем, вера поднялась в небеса и так далее. А вот любовь спряталась в розовом кусте. Сумасшествие долго искало ее, пока не догадалось раздвинуть ветки куста. Но при этом острые шипы поранили любви глаза, и она ослепла. Сумасшествие сильно раскаивалось и в конце концов предложило любви быть ее поводырем. И вот с тех пор любовь слепа, а сумасшествие водит ее за руку. Не правда ли, красивая притча? А главное, ведь так оно и есть!
Зоина любовь действительно была совершенно слепой, она не замечала ни откровенного хамства по отношению к себе, ни пренебрежения, ни равнодушия. Как не видела она тех качеств, из которых был слеплен ее любимый – эгоизм, самолюбование, хвастовство, меркантильность, да если покопаться, нарыть можно еще о-го-го! И только сумасшествие могло заставить ее наивно открыть свои самые сокровенные чувства такому человеку. Но так уж устроены влюбленные! И ничего с этим не поделаешь.
8
У Вадика Фишкина настроение было действительно мерзкое. По нескольким причинам сразу. Во-первых, с утра на небе сгустились такие зловещие тучи, что было ясно – противный холодный дождь зарядит на весь день. Так оно и случилось, а Фишкин терпеть не мог пасмурной погоды, а уж тем более такой, когда на тебя сверху льются потоки воды. Впрочем, кому же это может понравиться?
Во-вторых, Юрка Ермолаев просто достал его своими подколками по поводу Зойки. Вадим уже был не рад, что затеял эти переглядывания с новенькой: от нечего делать он пялился на Зойку и самодовольно считал, сколько раз она на него, любимого, с обожанием посмотрит. Теперь, похоже, ему придется оправдываться перед каждым встречным-поперечным и рассказывать им выдуманную историю про Художку и тренировку памяти.
«Хватит того, что я от Тополян еле отделался, – мрачно раздумывал Фишкин, с тоской глядя в исполосованное косыми струями дождя окно, – так теперь и Ермол, блин, проходу не дает, чего да почему, все ему расскажи, клоуну этому! Плакат мне, что ли, вывесить: „Мне не нравится Зоя Колесниченко, отвалите от меня все!“ – или что-то в этом роде».
Но, как оказалось буквально через несколько минут, с Тополян Фишкин явно погорячился, когда наивно решил, что от нее отделался. От Светы отделаться было не так-то легко. Как раз сегодня на большой перемене она снова подошла к нему все с тем же вопросом, почему-то не дающим ей покоя: