Шрифт:
Чёрная секира. «Братство» из Гивоя. Во главе с обоими братьями Чирони.
4.2 Миссолен
«Они хотят чуда. Будет им чудо, если это поможет».
Демос остановился и оглянулся. Вереница горожан рассредоточилась по всей Соборной площади: кто с цветами, кто со свечами, кто с символами веры в руках. Люди распевали гимны и молились, вознося хвалу Хранителю и Последнему сыну за избавление от мора.
— Уверены, что получится? — спросил Ихраз, все это время следовавший за господином.
— Надеюсь.
«Вот будет умора, если я не сдюжу и выяснится, что все эти люди притащились сюда зря».
Несколькими днями ранее объявили, что чума отступила окончательно. Открылись городские ворота, люди получили возможность перемещаться. Из столицы хлынул поток горожан: многие беспокоились о родичах, живших вне стен города, и Миссолен опустел еле больше. Караваны всё так же останавливали на карантин, ибо, по сообщениям лорда Анси, кое-где на севере очаги мора ещё сохранились.
Но дышать стало легче. В глазах горожан снова появилась надежда — Демос видел это сам, хотя и не спешил приказывать возвращать Двор в столицу.
«Ибо сначала нужно разобраться кое с чем без лишних дворянских глаз и ушей».
— Удачи, господин.
Демос кивнул Ихразу и шагнул к воротам Эклузума.
Высокие, в несколько человеческих ростов, окованные металлом и инкрустированные разноцветными каменьями, створки являли собой чистое произведение искусства.
«Даже жаль, если...».
Демос подошёл к воротам вплотную, игнорируя нацеленные стрелы охранников со стены.
— Я пришёл просить помощи для этих людей, — объявил он, запрокинув голову. — Им нужны лекари, пекари, наставление и доброе слово. Один я, пусть однажды Хранитель и явил мне своё расположение, не могу дать им всего этого. Потому я пришёл сюда, в дом слуг божьих, и прошу о помощи.
Сверху не ответили, хотя Демос не сомневался, что отправили гонца с докладом к Великому наставнику. Мнение Ладария уже не особенно интересовало Демоса. Важен был лишь результат.
— Откройте ворота для этих праведников, — попросил Деватон. — Не ради короны, так ради милости Хранителя.
И вновь никто не ответил.
«Мне не оставили выбора. Почему с Эклузумом так всегда?»
— Да защитит нас Хранитель, да поможет нам Сын его, — проговорил Демос, играя на публику, и прикоснулся обеими ладонями к воротам.
Стоило больших трудов сохранять концентрацию. Шум толпы отвлекал, нацеленные стрелы не добавляли спокойствия, да и размер ворот смущал: ещё никогда ему не приходилось работать с такими большими предметами.
«И всё же опозориться именно сейчас недопустимо».
Он сосредоточился снова, уходя вглубь себя и отыскивая все больше силы.
Наконец ворота начали поддаваться. Металлические оковы раскалились, принялось тлеть дерево, захрустели, трескаясь, камни инкрустации. Металл поплыл вниз, унося остатки каменьев, дерево занялось огнём. А через несколько долгих мгновений ворота сорвались с петель и рухнули, подняв столб пыли.
«Вот вам и чудо».
Толпа на площади взвыла в благоговейном экстазе. Люди обступили Демоса, стараясь ненароком дотронуться до чудотворца, словно касание могло принести им удачу.
Ни слова не говоря, Демос шагнул вперёд, в обнажившийся проём.
— Оружие ни к чему, мимоходом бросил он обескураженным братьям-протекторам. — Эти люди действительно пришли с миром. Им нужна помощь — снадобья, рабочая сила для восстановления города, припасы и божьи люди, что выслушают и помогут молитвой. Отнеситесь к ним как к гостям и братьям. Я же должен увидеть Великого наставника. Проводите меня немедленно.
— Великий наставник нездоров и не принимает.
Демос повернул голову на до боли знакомый голос, больше походивший на карканье старого ворона.
«О, сам Чёрный гриф спустился с верхотуры. Мне оказана честь».
— Ради меня сделает исключение. — Демос криво улыбнулся. — Или вы желаете, чтобы я явил миру ещё одно чудо?
Рувиний плотнее запахнулся в чёрную мантию и взмахом руки пригласил Деватона.
— Следуйте за мной, — раздражённо бросил он и зашаркал вверх по дорожке. — Но имейте в виду: я вас предупреждал.
Коридоры Эклузума казались покинутыми даже в крыле, где располагались покои Ладария. Демос быстро шагал за Чёрным грифом, то и дело поскальзываясь на умопомрачительно гладких каменных плитах.
«Хоть бы ковры постелили».
Наконец наставник Рувиний свернул в примыкавший к овальному залу коридор и указал на дверь, которую охраняли двое братьев-протекторов.
— Идите сами, если желаете. Я останусь здесь.
«Интересно».
— Чума? — уточнил Демос.