— Я любимица семьи, — я притворялась невинной, пока отшучивалась от Адрианы и Мелании.

У меня перехватило дыхание, когда рука опустилась на верхнюю часть моего бедра. Разрез на моем платье оставлял кусочек кожи незащищенным шелковистой тканью, и, конечно же, этим мозолистым пальцам удалось найти его. Я подавила стон от прилива удовольствия и боли, когда Калеб сжал достаточно сильно, чтобы оставить след.

— Веди себя прилично, Скар, — сказал Калеб, не потрудившись взглянуть на меня, когда отдавал команду, как будто я псина. Много кто разговаривал, никто больше не слышал его наставлений.

Я никогда не теряла самообладания рядом со своим дядей и его лакеями, но этот человек лишил меня самообладания, соблазнив выпустить на волю существо, которое я держала взаперти.

— Я ничего не делаю, Каллахан. Теперь убери свою гребаную руку, — процедила я себе под нос. Жесткий взгляд повернулся ко мне. Его взгляд был таким пронзительным, что я могла поклясться, что видела языки пламени, лизавшие стенки его радужек.

— Я хочу присоединиться к веселью, — хихикнул Кенджи, кладя руку на мое другое бедро.

Сработал инстинкт, когда он оказался в нескольких сантиметрах от того, чтобы задеть мой нож в ножнах, и я отдернула его большой палец назад. Его удивленное шипение остановило меня.

— Извини, — смущенно сказала я, не зная, как это объяснить. Поэтому выбрала версию правды. — Я плохо реагирую на прикосновения.

Я подняла взгляд, чтобы прочесть выражение его лица. Но за исключением приподнятой брови, оно было пустым. Кенджи оценивал меня так, словно мои секреты были написаны на коже. По иронии судьбы, их видно, когда я раздеваюсь. Но он не сделает этого в ближайшее время.

Я имела в виду никогда — он никогда этого не сделает…

В его медовом голосе не было и намека на гнев, когда он ответил.

— Не беспокойся об этом. Но лучше послушай разговор. У меня такое чувство, что это будет интересно.

Он подмигнул, переплетая наши пальцы и кладя их к себе на колени. Я не знала, что делать, но было ясно, что я не получу свою руку обратно. И Калеб все еще мертвой хваткой сжимал мое бедро. Мудак, вероятно, собирался использовать его как удушающий ошейник, выжимая все дерьмо каждый раз, когда я делаю что-то не то. Все, чего не хватало, — это прикосновения Нико. Мой взгляд переместился к нему, и, черт возьми, уверена, что океанические глаза наблюдали за мной. В моем сознании всплыло самое странное видение: он перекидывает руку через спинку стула Кенджи, чтобы положить ладонь мне на затылок.

Но мечта была разрушена, когда внезапно появился человек, который ранее разговаривал с моим дядей, заняв место справа от дона мафии — место, которое обычно занимал Энзо. Мои плечи напряглись, когда он поднял взгляд. Его красивые, но резкие черты на самом деле мне знакомы. Я не знала его лично, но чертовски уверена, что знала, кто он такой.

— Калеб, поскольку мы собираемся заниматься бизнесом вместе, я хотел бы представить тебя своему новому партнеру. Но не уверен, что ей нужно присутствовать при этом разговоре, — сказал Доминик, брызгая слюной в воздух.

Карие глаза переместились в мою сторону, и голова мужчины слегка наклонилась, как будто он рассматривал что-то интересное.

— Она довольно красива. Пусть останется. По моему опыту, большинству успешных мужчин нравится смотреть на прекрасные создания во время деловых встреч, — его слова скользнули по моему телу, я чувствовала себя испорченной, но сдержала все эти мысли от выражения своего лица. Вместо этого я одарила его мягкой, застенчивой улыбкой, подавляя желание провести лезвием по его горлу.

Доминик раздраженно фыркнул, но больше не протестовал.

— Да, что ж, в таком случае. Калеб, это Максим Петров. Новый партнер…

Вмешался Максим.

— Доминик, давай внесем ясность. Я не твой партнер. Я твой новый работодатель, — его внимание переключилось с Доминика на Калеба, который был воплощением спокойствия, за вычетом руки, которую прятал. Он так сильно прижимался костяшками пальцев к моему бедру. — И поскольку вы скоро вступите в союз с Домиником, становишься и моим сотрудником. Нет? — спросил Максим намеренно насмешливым тоном.