А вот про агентов в рядах Бастиона, мне сообщили ложную информацию. Уверен, либо их вообще нет в Бастионе, либо уже нет.

В противном случае, если я отвернусь от Империи, в момент нахождения в стенах Бастиона, то могу поведать руководству, ставшие известными мне сведения, полученные мной во время заточения, что возможно вызовет новую чистку рядов доверенных лиц.

В пользу последней мысли, можно и отнести тот факт, что дознавательницы прилагают уж баснословные силы, чтобы меня завербовать. Получается… Ситуация с сетью внедрённых шпионов в ряды Бастиона — плачевна.

Может сработала моя западня, построенная на целенаправленном вбросе и контроле дозированной, индивидуальной дезинформации, что я предложил старухе Ингрис?!

Благо моё лицо было опущено, т. к. в момент победоносного осознания, я ухмылялся, та ухмылка, продемонстрированная мне ранее добрячкой, что поцеловала меня в лоб, по сравнению с моей — ничтожная пародия.

— Мне-е-е мне сказали, что меня убьют, если ты не пойдёшь на сотрудничество, — продолжая лежать лицом к стенке, дрожащим голосом произнесла Фуюри.

Даже имечко отлично рифмуется с Маюри, та, к слову, той же масти была.

— Угум… — продолжал я неподвижно сидеть, изображая обречённость

— Ты не боишься смерти? — задала она вопрос, резко перевернувшись ко мне лицом

Лицо дамы, было всё измазано в крови, я бы даже сказал правдоподобно измазано.

Девушка, так и продолжала удивлённо смотреть на меня.

— Только дураки не боятся смерти, — продолжал я строить морально подавленного подростка

Услышав мои слова, она как-то по-другому на меня посмотрела, возможно, она решила не обращать внимания на мой возраст и воспринимать меня, как вполне взрослого, а может, удивление Фуюри подогревалось появившемся диссонансом, ведь контраст моего поведения было трудно не заметить.

— Ты стал другим… — тихо произнесла блондинка

— Всегда таким был, — ответил я безынтересно

Мне ничего не оставалось, кроме как, объяснить радикальные изменения собственного поведения.

Молчание продлилось около десяти минут, всё это время шпионка буравила меня взглядом, а я, старался исподлобья, незаметно отслеживать изменения в её мимике и мелких реакциях тела.

— Зачем ты прикинулся слюнтяем? — сокамерница, решила не ходить вокруг да около

Нередко подобным агентам, специализирующимся на узконаправленном внедрении, куратор, не сообщает полную информацию об объекте: его характере, привычках, социальном статусе, цели мероприятия и иной значимой информации. Подобное делается, в целях достижения естественных, правдоподобных, убедительных реакций внедряемого.

Думаю, персоне, что делит со мной одну камеру, информация обо мне была также сообщена только в общих чертах.

— Решил не сообщать тебе сведения, из-за которых, потом можешь пострадать, да и не был уверен я в тебе. Прости… — благими намерениями, да?

— Не поняла тебя, — дёрнулся её глаз

— Если бы рассказал тебе правду, то ты могла сболтнуть лишнего во время допроса

— И… — непонимающе посмотрела она на меня

— Откуда имперцам знать, что ты не лжёшь или рассказала всё что знаешь? — подняв голову, я заглянул в её глаза

— Хочешь сказать, — нахмурила она брови, — Что пытки бы не прекратились или даже стали более изощрёнными, — дошло до неё наконец-то

— Угум… — кивнул я

— Ты думал обо мне? — её удивлению не было предела

— Прости, но не только о тебе, но и о себе. Думаешь, что бы со мной сделали, чтобы проверить услышанную от тебя информацию? — смотря на блондинку, склонил я голову набок.

— Я бы никогда…

— Да-да… Тут не вопрос насколько ты предана Бастиону или мне, тут вопрос выносливости твоей психики и организма, — я поднял в воздух свой указательный палец.

Своими словами, показав, что я не категорично отношусь к предательству, я развязал ей руки.

— Сколько тебе лет? Я не встречала раньше таких парней…

— А много встречала? — выгнул я бровь

— Нет, — ни капли не смутилась она, — Так сколько тебе лет?

— Это имеет сейчас значение?

Она фыркнула, после чего отвернулась, изображая полное безразличие по отношению ко мне.

Упираясь руками в пол, сделав болезненный вид, я поднялся, чтобы, скрестив на груди руки, облокотиться спиной на стену.

— Нет, — не поворачивая лица в мою сторону, коротко произнесла девушка

— Что дальше? Нас спасут? — на меня уставились её глаза, полные надежды.

— Наивная, — хмыкнул я

Фуюри, поджав, обняла свои ноги.

Затянувшийся момент тишины, развеяли девичьи всхлипывания…

Прекрасно… Замечательная игра… Жалость и сопереживание во всей красе.

К этому стоит добавить антураж места, где мы находимся… получается прекрасная сцена с главной актрисой на местном варианте трона.