перекосилось в гримасе какого-то одержимого отчаянья.

– Это не собака, Кэйдзи, и, следовательно, она скоро уйдет. Охота не завершена,

мой верный Ловчий. Гончая не даст тебе и волоска с него срезать. Не будь столь

нетерпеливым…

– Макс, взять! Фас, Максик! – Женя решила, что пора бы ей вмешаться. Она

понятия не имела о том, какие отношения связывают Проводника и двух породистых

высокомерных эльфов. Но стоять тут, на жаре и слушать рассуждения этого типа на

лошади?!

– Девочка, заткнись! И постой в сторонке, – эльф небрежно взмахнул рукой и

неведомая сила швырнула Женю в траву на обочине и намертво сжала ей челюсти. Игорь

дернулся было в ее сторону, снова тонко взвизгнул арбалетный болт. Макс не заставил себя

упрашивать. Ему это, похоже, нравилось. Правда, нападать на эльфов он почему-то не спешил.

– Сопляк! Отзови собаку и сражайся, как подобает мужчине! – потребовал Кэйдзи.

– Не надо, Кэйдзи, – светловолосый поднял вверх тонкую руку.. – Что проку в том,

что ты его зарежешь? Он нужен нам живым. – Ласковая улыбка Игорю. – Гончая уйдет, и мы

снова встретимся, везучий мальчик. Сними рубаху, и кинь ее Ловчему. Быстро! Иначе твоей

девочке будет очень больно и плохо. Она даже умрет… Ну-ка, без резких движений…

Игорь покорно стянул через голову мокрую от пота рубаху, смял ее в ком и

швырнул в напряженного, как перетянутая струна, Кэйдзи.

– Умница, мальчик. Я буду очень рад вновь с тобой встретится. – Нежно улыбнулся

светловолосый.

Смуглый же поднес рубаху к носу… Скулы его закаменели от ненависти, взгляд

был страдальческий. Он походил на гончую, которую сворка не пускает к затравленному зверю.

С неистовым удовольствием вдыхал он запах своего врага…

– Нам пора, Кэйдзи, – светлый тронул лошадь коленями, и она взвилась прямо в

небо!

– Я приду! – пообещал Кэйдзи, заталкивая рубаху Игоря под куртку на груди. Его

конь последовал за конем Государя. Опомнившийся Макс высоко подпрыгнул, но сумел

ухватить лишь краешек плаща. Какое-то время болтался в воздухе. Затем, с треском

разрываемой ткани, плюхнулся обратно в пыль. Незавидный трофей молниеносно исчез в

клыкастой пасти. Что ж с паршивого эльфа хоть шерсти клок. Женю отпустило. Она села в

траве. Терла виски холодными ладонями и смотрела, как зябко, несмотря на жару, ежится

полуголый Игорь.

– Они что, фетишисты? – поинтересовалась Женя у верзилы. – На кой им твоя

рубашка? Стоило из-за нее такой шухер подымать? Я б еще и свою добавила. Пусть ребята

порадуются.

– Ой, мамочки. Как же я не люблю это все!! – простонал Игорь и рухнул в траву

рядом с Женей. Обрадованный Макс прыгнул ему на живот и с энтузиазмом принялся

вылизывать лицо. – Один плюс – собаку сегодня кормить не надо. Нажрался на неделю вперед,

правда, Макиск?

– Кто эти франты, и чего от тебя хотели? И почему ты их не убил?!

– Эльфы они. Дети Ночи. Старая история. Стянул я у них кое – что, – поморщился

Игорь. – Теперь, по рубашке они меня в два счета найдут.

– Так чего ж ты?! – всплеснула руками Женя, – Балда! Надо было одного собакой

травить! Второго – мечом! Ты ж можешь! Чего ты с ними Шуры-муры разводил?!

– Мечо-ом, – передразнил Игорь. – Тебе там, в травке, хорошо лежалось? А ведь

Повелитель даже и не делал ничего толком. Считай, «козу» показал сопливой девчонке. Если б

я с его Кэйдзи сцепился, он бы тебя по всей Степи размазал! Пылесосом не собрали бы…

– А чего они тогда рассюсюкивали? – искренне недоумевала Женя. – Щелкнул бы

Повелитель пальцами, и ты б к нему на коленках приполз, и уворованное приволок на блюдечке

с голубой каемочкой…

– Не щелкнул бы… Он гордый и чокнутый. А еще, наверное, бессмертный. Ему

потерпеть лет двадцать ничего не стоит. А судя по всему. Двадцать и не понадобится. Вон как

Максик растет быстро. Уйдет – тут они и нарисуются. Ладно, пошли отсюда. Как бы еще кого