Проследовав за что-то шептавшим себе под нос хозяином дома, я вошёл в кабинет и сел на широкое кресло, закинув ногу на ногу.

– Наслышан о твоих подвигах, Саша, – сказал Лев Игоревич, усаживаясь за рабочий стол.

Кабинет был полностью в мужском стиле. Стол из тёмного дерева, широкое кресло с подлокотниками, на котором и устроился хозяин кабинета. Стеллажи с книгами, широкое окно занавешено тяжёлыми тёмными шторами, а рядом стоит столик с десятком бутылок разных марок и несколькими бокалами.

Оглядев помещение, перевёл взгляд на Вознесенского.

– Да какие это подвиги, Лев Игоревич? – спросил я с усмешкой. – Обычные штатные ситуации, не более.

– Ну ладно тебе прибедняться-то! Знаю я эти ваши… штатные ситуации. Ты как обычно, всё сам на своих плечах вывозишь, – сказал он, качая головой.

– Ну так работа такая, что тут поделать? – усмехнулся, пожимая плечами.

– А с личной жизнью у тебя что, Саша? – спросил Лев Игоревич.

– А что с ней?

– Нашёл себе кого-нибудь?

– Вы это серьёзно? – усмехнулся я. – Кому нужен такой отморозок как я, Лев Игоревич?

– Да какой же из тебя отморозок? – возмутился старик. – Ты, похоже, и отморозков-то настоящих не видел, раз себя таким считать удумал.

– Лев Игоревич, что происходит? – спросил я и прищурился.

Не спроста он меня про личную жизнь спросил, ох не спроста!

– Проблемы у меня, Сашенька. Охуенные проблемы, – сказал он.

– Говорите, – тут же подобрался я.

– Понимаешь, мой бизнес идёт в гору, – начал он издалека. – Жена вон благотворительностью занимается. Вот я и подумал, что нужно двигаться дальше.

– Вам кто-то наступает на пятки? – спросил я.

– Наступает, да причём сильно так наступает, – согласился он.

– И чего вы хотите? – прищурившись, спросил я.

– Да погоди ты, Сань. Не торопи, – сказал он и поднявшись, налил в два бокала виски. – Дай хоть с мыслями собраться.

Взяв предложенный бокал, я откинулся на спинку своего кресла и уставился на задумчивого мужчину.

Сейчас Вознесенский выглядел уставшим. Но стоит отдать ему должное, что в свои почти пятьдесят, он выглядит отменно.

– Так куда вы всё же решили двигаться? – спросил, решив немного помочь продвинуться в разговоре.

– В политику, Санька, в политику, – произнёс он, делая большой глоток золотистой жидкости.

– О как!

– Да, представь себе, – хмыкнул Вознесенский. – Теперь перед тобой не простой бизнесмен Лев Вознесенский, а будущий мэр этого города!

Теперь понятно откуда лапы растут у его проблем. Наверняка место-то насиженное и никто его уступать не собирается.

– Что ж, мои поздравления, Лев Игоревич, – кивнул и отсалютовал своим бокалом.

– Спасибо, Сань, но рано пока мне поздравления-то принимать, – произнёс он устало. – Катька моя пропала, – сказал он и я замер, не веря в услышанное.

– Что?

Последний раз я видел эту мелкую задиру пять лет назад.

– Да, Сашенька, – кивнул Вознесенский. – Утром сегодня проснулись, а её нигде нет.

– Так может у подружек у своих, или у парня? – предположил я.

– Да нет у неё парня, Сашка! – едва не закричал он. – Он ж всё это время по т… ай, ладно, – отмахнулся Вознесенский. – Подруг всех обзвонили, никто не знает, где она.

– А с её телефоном что?

– Да ничего, – покачал он головой. – Отключен.

Твою мать.

– И что вы думаете? Где она может быть?

– Я… вернее мы с женой думаем, что у конкурентов моих.

– Думаете, что её похитили? – нахмурился я.

Чёрт, сейчас не девяностые, чтобы людей похищать!

– Так в том и дело, Санька, что я бы и не особо переживал, если бы нам утром сообщение не пришло с требованием не сообщать в полицию.

– А теперь поподробнее, Лев Игоревич, – скрипнул я зубами.

В общем, как поведал мне Вознесенский, в предвыборной гонке участвуют, помимо него, ещё три кандидата. И каждый из них мог похитить девочку. В СМС-ке, что пришла утром на телефон Светланы Андреевны, супруги Вознесенского, говорилось, чтобы они готовили миллион баксов и не вздумали сообщать в полицию, иначе…, а что это иначе – там не говорилось. Но и ежу не сложно догадаться о том, что хотели этим донеси похитители.

– И всё же я настаиваю на том, чтобы сообщить в полицию, – проговорил я.