Я очень быстро невзлюбила зимний Токио, а еще быстрей пятницы в школе. А точнее – тот момент, когда вхожу в ворота под пристальным взглядом учителя Камимуры, который дежурит в конце недели. Его, по словам Саю, возненавидели все и очень быстро: фанатичная приверженность архаичным нормам поведения и одежды плюс крайняя занудность и склочность – на редкость неприятная смесь. Этот старая сволочь нередко могла отправить домой приводить себя в порядок всего лишь за слишком длинную прическу, за волосы, собранные в два хвоста, а не в один, или слишком короткую, по его мнению, юбку.

Больше всего недоумения у меня вызывала прическа в два хвоста. Я заплетала волосы в косу, но кому какое дело, в два хвоста волосы собраны или в один?! Этот момент мне разъяснила одноклассница.

— Это потому, что если у тебя два хвостика, то при поклоне они некрасиво свисают вперед по обе стороны головы. Ну, старая дирекция так считала, и это не только у нас. В Токио такое же требование во многих школах. У нас за этим особенно не следят… кроме Камимуры, конечно. Может и дикость, но вот беда, устав школы уже лет тридцать как не меняли, со времен, когда тут еще моя мама училась, не изменилось ничего, только добавили новые правила насчет мобильных телефонов и наладонников.

Но сегодня все пошло не так еще с самого утра. Еще со вчера я не приготовила бенто, а когда с утра вспомнила об этом было уже поздно. Чертыхнувшись от мысли, что придется перебиваться батончиками из автомата, я перекинула сумку поверх пальтишка и выбежала из квартиры. Улица встретила холодом и мокрым снегом в лицо. Для декабря в Токио это было слишком холодно, для бывших родных мест – жара несусветная.

Поневоле вспомнила загадку – зимой и летом одним цветом. По всему выходило, что это японская школьница. Вот только ноги между носочками и юбкой меняли цвет на бледно-синий. На редкость «удачная» школьная форма имела крайне незначительные отличия зимнего и летнего варианта. И ноги страдали от холода в первую очередь. Я так и не поняла почему нельзя одеть колготки телесного цвета? Но как объяснила подруга – после такого сразу прослывешь лузершей. А зачем оно мне? Мало того, школьный устав это запрещал.

Когда я добралась до школы, выяснилось, что занудство и педантичность Камимуры при поддержки администрации вышли на принципиально новый уровень. Стоящий около ворот учитель уделял основное внимание девочкам. А именно их юбкам, педантично замеряя рулеткой длину юбок каждой ученицы.

Не делая при этом не единого замечания, но, как ближе к вечеру выяснилось, сильно его недооценила.

— Хикари, доброе утро! — поприветствовала подругу, стоящую около доски объявлений.

— А, Мисато… Доброе утро. — без энтузиазма ответили она, не отвлекаясь от разглядывания плаката, висящего на стенде. — Ты уже видела?

— Э, нет. А что именно?

— А вот это. — Безнадежный взмах руки в сторону плаката.

Мда, очередной виток борьбы администрации школы оказался направлен на борьбу за длину школьных юбок. На это прямо указывал висящий плакат.

Оценив проблему как не стоящую внимания, я лишь пожала плечами.

В конце-концов длина юбки была прописана в уставе школы. И носить ультра-короткую мини, демонстрируя трусики озабоченным подросткам, мне не хотелось.

До сих пор с ужасом вспоминаю, как поддалась на Темкины уговоры и одела укороченную школьную юбку.

Я постоянно чувствовала, что на мне ничего нет. Да, я реально чувствовала, что я ниже пояса вообще ничего не ношу. Не спасали даже гольфы. Нижняя половина моего тела никак не могла привыкнуть к новым ощущениям. Мои ноги дрожали, когда прохладный воздух свободно циркулировал под юбкой. Я не могла расслабиться ни на секунду, потому что не чувствовала себя в безопасности. Теперь я еще больше не понимаю девушек, которые носят мини-юбки. Мазохистки.

Нижнее белье легко «спалить» Я очень удивилась, хотя это и так понимала, что при абсолютно любом привычном движении я демонстрировала всем окружающим своё нижнее белье. Всякий раз, когда я приседала, садилась или нагибалась, я постоянно показывала всем свои розовые трусики. Было неловко, когда я села в метро и увидела парня, который сидел напротив. Осталось только раздвинуть ножки и призывно облизать губы…

Я боялась нагнуться даже совсем немного, так как рисковала показать всем свою попу в трусах… И да, даже присесть на корточки невозможно, юбка мгновенно задирается на попе.

Наконец-то я поняла, почему девушки в мини-юбках сидя держат сумки на коленях, почему они именно так стоят и держат сумочку. Мини-юбка под определенным углом открывает очень красивый вид на нижнее белье.

При выходе из автомобиля, сидя на земле, в метро, я мечтала лишь об одном, как бы не «спалить» свои трусы. Потребовалось много усилий, чтобы не светить трусики каждому встречному. Я так устала от этого, что к вечеру Теме пришлось спать одному. Но мое нервное напряжение он снял. Массажем.