Шрифт:
В этом окне сидела собака. Она увидела Прошу и стала лаять. А Проша совсем не боялся собаки. Правда, он боялся, но немножко: он знал, что собака за стеклом!
Проша становился всё храбрей. Сначала он показывал собаке язык, а потом стал кидать камушки. Собака на него злилась. Она хотела его укусить, но стекло её не пускало. Собаку кто-то позвал. Она завиляла хвостом и прыгнула в комнату.
Проша всё стоял у окна и ждал. И вдруг видит: открывается дверь — выходит эта собака и с ней девочка. Она её на цепочке вывела погулять.
Проша хотел побежать — от страха ноги не двигаются. Хотел закричать — тоже не может!
А собака увидела Прошу и как зарычит, зубы оскалила!
Девочка изо всех сил держит собаку и кричит Проше:
— Беги! Беги!
Проша закрыл лицо руками и как заревёт:
— Больше не буду! Не буду дразнить!
Тут подбежала Прошина мама, взяла его на руки, и они скорей пошли в детский сад.
Ука
Пошёл я на болото собирать клюкву. Набрал полкорзинки, а солнце уже низко: из-за леса выглядывает, вот-вот скроется.
Спина устала немножко, распрямился я, смотрю — пролетела цапля. Наверно, спать. Она на болоте давно живёт, я её всегда вижу, когда она пролетает.
Солнце уже зашло, а светло ещё, небо на том месте красное-красное. Тихо вокруг, только кто-то кричит в камышах, не очень громко, а слышно далеко: «Ук!» Подождёт немножко и опять: «Ук!»
Кто же это такой? Я этот крик и раньше слышал, только не обращал внимания. А сейчас мне как-то любопытно стало: может, это цапля так кричит?
Стал я ходить около этого места, где крик слышен. Близко совсем кричит, а никого нет. Темно скоро будет. Пора домой. Только немного прошёл — и вдруг кричать перестало, не слышно больше.
«Ага, — думаю, — значит, здесь!» Притаился я, стою тихо-тихо, чтоб не спугнуть. Долго стоял, наконец на кочке, совсем рядом, откликнулось: «Ук!» — и опять тишина.
Присел я, чтоб получше разглядеть, смотрю — лягушечка сидит и не шевелится. Маленькая совсем, а кричит так громко!
Поймал я её, в руке держу, а она даже не вырывается. Спинка у неё серая, а брюшко красное-красное, как небо над лесом, где зашло солнце. Посадил я её в карман, корзиночку с клюквой взял и пошёл домой. В окнах у нас свет зажгли. Наверно, сели ужинать.
Пришёл я домой, дедушка меня спрашивает:
— Куда ходил?
— Ловил укалку.
Он не понимает.
— Что, — говорит, — за укалка такая?
Полез я в карман, чтоб её показать, а карман пустой, только немножко мокрый. «У, — думаю, — противная ука! Хотел её дедушке показать, а она убежала!»
— Дедушка, — говорю, — ну, знаешь, ука такая — она вечером всегда на болоте кричит, с красным животом.
Дедушка не понимает.
— Садись, — говорит, — ешь да спать ложись, завтра разберёмся.
Встал я утром и весь день ходил, всё про уку думал: вернулась она на болото или нет?
Вечером пошёл я опять на то же место, где поймал уку. Долго стоял, всё слушал: не закричит ли.
Наконец тихонько: «Ук!» — где-то сзади крикнула и опять стала кричать. Я её искал, искал, так и не нашёл. Подойдёшь поближе — молчит. Отойдёшь — опять начинает. Наверно, она спряталась под кочку.
Надоело мне её искать, пошёл я домой.
Зато теперь-то я знаю, кто на болоте вечером так громко укает. Не цапля это, а маленькая ука с красным животиком.
Жук
У меня есть сестра Галя, она на год младше меня, а такая плакса, обязательно я должен ей всё уступать. Мама даст что-нибудь вкусное, Галя своё съест и ещё у меня просит. Если не дашь, начинает реветь. Только о себе одной думала, но я её от этого отучил.
Пошёл я однажды за водой. Мама на работе, нужно было самому воды натаскать. Зачерпнул полведра. Вокруг колодца скользко, вся земля обледенела, еле до дому ведро дотащил. Поставил его на лавку, смотрю, а в нём жук-плавунец плавает, большой такой, с мохнатыми ножками. Вынес я ведро во двор, воду вылил в сугроб, а жука поймал и посадил в банку с водой. Жук в банке вертится, никак привыкнуть не может.
Пошёл я снова воды принести, принёс чистой воды, ничего на этот раз не попалось. Разделся и хотел посмотреть жука, а банки на окне нет.
Спрашиваю у Гали:
— Галя, это ты жука взяла?
— Да, — говорит, — я, пусть он в моей комнате живёт.
— Почему же, — говорю, — в твоей, пускай жук общий будет!
Беру из её комнаты банку и на окно ставлю: мне ведь тоже хочется на жука посмотреть.
Галя заплакала и говорит:
— Я всё маме скажу, как ты у меня жука отнял!