— Его имя — Роберт Полсон!

Удар, конечно же, не дошел до цели, но на том и строился весь расчет — чувак попросту не успел среагировать на сгусток инфернального пламени. Кажется, в описании этого заклинания говорилось что-то про вероятность наложения абсолютно рандомного эффекта? Что же, Нару это начиналось нравиться. Голова бойца оказалась окутана огнем, за считанные мгновения пожравшем его глазные яблоки, волосы, кожу и плоть, обнажив голый череп, распахнувший рот в крике, которому не суждено было вылететь из глотки, но на этом импровизированное представление не окончилось, ибо черепная коробка треснула в десятке мест, чтобы изрыгнуть из своих недр… пучки ромашек. Начинающий зарастать белыми цветочками труп упал в грязь. Здесь, наверное, была бы крайне уместна шутка про похороны и букетик на могилку, но Отец Монстров попросту не успел ее внятно сформулировать в мозгу от близкого соприкосновения лицом с поверхностью земли.

Дико визжащий бес, сбивший химеролога с ног, которому чей-то клинок пропахал всю морду едва ли смог понять что только что совершил, просто бегая по ложбине, не понимая что и где происходит от липкой крови заливающей глаза. Впрочем, его страдания длились недолго, окончившись предсмертными судорогами, когда одна из Цепей Агониии вышла из его грудной клетки, перемолов в труху часть позвоночного столба и внутренних органов.

Рев минотавра.

Стрела торчит из одной глазницы. Вытекший глаз вперемешку с кровью черными слезами стекает по бычьей морде. Химера, бледной шкуры которой практически не видно под коркой грязи, вгрызается в его мощную спину, вырывая волокна мышц, силясь добраться до внутренностей. Второй быкоголовый ублюдок, до недавнего времени находившийся в сильном алкогольном опьянении, обожравшимся мухоморов берсеркиером рвется на вершину холма, удерживаемого рядовым Шутником с троицей лучников. Стрелы впиваются в раздутые от мышц предплечья и торс, но минотавру вообщем-то плевать на все это. Кто-то из городской стражи, входящий в подразделение "Детей улиц" и приставленный к этому расчету метает копье. Узкий наконечник пробивает природную броню из мышц, заставляя зверолюда кубарем покатится вниз.

Гвардеец Инферно шатающейся походкой выходит из шахт, держась за горло. Черная кровь, сочится из-под когтей на костяные пластины и чешую, прикрывающие грудь.

— ТЕМНЫЕ БОГИ С НАМИ, У#БКИ!!! — в любой непонятной ситуации нужно приплетать Темных богов, потому что эти ребятки точно все разрулят, — СДАВАЙТЕСЬ, Б#ЯТЬ!!!

Левая ладонь и предплечье вспучивается уродливым гнойным нарывом, дабы лопнув, превратится в Лезвия Смерти, которые тут же делают сквозную вентиляцию брюшной полости ближайшего орка.

Зеленомордый что-то невнятно хрипит, но моментально замолкает, едва цепь отделяет его голову от шеи. Отец Монстров поднимает к небу истекающий кровью из обрубка шеи боевой трофей.

Те кто успел достать клинки бросают их в грязь. Безоружные просто поднимают руки вверх.

Минотавры горами еще теплых мышц валяются на земле. Одним пирует еретик, другой истыкан стрелами.

Лучники мрачно целятся в застывших наемников, ожидая приказа продолжить стрельбу на поражение.

— Связать всех. Дернутся — убейте.

Пришло время пошмонать местные склады.

Отзвук шагов гулким эхом резонирует от стенок шахты, непроизвольно заставляя мозг ассоциировать этот звук с ржавыми гвоздями, заколачиваемыми в крышку гроба. Язва молчаливой тенью следует рядом. Химера ушла в спящий режим, отчего дым без нужной подпитки рассеялся, жалкими рваными остатками стелясь ближе к земле, обволакивая мертвецов.

Трупы. Трупы. Трупы.

Опытный диверсант и убийца с набором подходящих навыков в по сути идеальных условиях может легко и безболезненно для себя покрошить несколько куда более мощных существ.

Перерезанная глотка. Чье-то копье, вошедшее точно в сердце. Метательный нож, торчащий из затылка.

Около шести фрагов, если не учитывать Гвардейца. Неплохо. Весьма неплохо.

Коридор не имел ответвлений, максимум пара кладовых, — прямой ход, оканчивающийся относительно просторным полузалом-полупещерой, выглядящей так, что без более профессионального взгляда практически невозможно понять — это творение чьих-то рук или естественное природное образование. Если здесь и были какие-то входы, то их давно завалили.

Наемники, особо не усложняя себе жизнь, свалили большую часть нечестно нажитого добра в одном помещении.

Ящики с едой. Полупустые бутылки. Стеллажи с разнообразным оружием.

Рабы, прикованные к полу.

Гном, забитый наколками мужик крайне потрепанного вида, две эльфийки, какой-то тощий пацан, дроу, полуорк, суккуба и…

С#ань Господня…

— Похоже, я влюблен. Жестко и наглухо.

Примечание геройствующего героического героя:

Пиу-пиу-пиу, крестоносец в здании!

Примечание злобного злодейского злодея:

Выйди и зайди нормально.

Примечание геройствующего героического героя:

Ave Maria!

Примечание злобного злодейского злодея:

Deus vult, псина сутулая!