Отряхиваю с рук пыль, которой там нет, но жест хорошо проделанной работы напрашивается сам.

— Готово.

Делаю шаг к дверям, а Арсений делает шаг назад, будто бы освобождая мне проход.

Но человек в белом захлопывает дверь.

Серьёзно? Ловушка? Но это же надо быть полным кретином, чтобы пойти на такой шаг. Арсений, кажется, кретином не был.

— Арсений, не заставляй меня в тебе разочаровываться, — складываю руки в замок.

До меня доносится шорох и звуки ударов, а затем выстрел. В двери окошко без стекла, маленькое, зарешеченное, пропускающее все звуки. Если они ранили Олега, я буду делать кому-то очень больно.

В окошке появляется лицо Арсения. Самодовольное.

— Боюсь, Дмитрий, вы неправильно понимаете ситуацию.

Я стою всего в паре шагов от двери и вижу торжество в его глазах.

— Ты действительно думаешь, что эта дверь меня остановит?

— Уверен в этом, — кивает Арсений. — Счастливо оставаться.

Он кивает куда-то в сторону, и за моей спиной в движение приходит стена.

Глава 33

Москва. Лечебница для душевнобольных

Март 1983 года

Кажется, я сильно переоценил умственные способности несостоявшегося партнёра.

С моей точки зрения, всё было просто и очевидно. Меня, парня, способного в качестве подработки на выходных открывать и закрывать проходы на другие планы, оставлять в камере с кучей пригодных для работы реагентов, в месте, где грань между мирами и так ослаблена заключёнными здесь безумцами, в том числе безумными магами, это же форменный идиотизм. А маги здесь точно есть, я уверен, хватает слабовольных кретинов, не способных подарить спятившим родственникам милосердную смерть, и отправляющих их на долгие муки и страдания сюда. Спятивший маг — шутка несмешная. Если сковать магию, то да, он станет безобидным для окружающих, даже для самого себя, в плане физического здоровья. Но это адские мучения для психики и прорва выброшенной в пространство хаотической магии. Бесконечный ночной кошмар одарённого разума, пытающегося справиться с безумием. И в этих попытках спонтанно создаётся стервятник, искажённый узел, расположенный в голове. Вывернутый вертекс, ядро безумия. Дрянь, начинающая искажать магическое и физическое тело мага. Если снять магические оковы и подождать пару лет — получится жуткий уродец. А за стервятником потянутся другие искажённые узлы. В итоге получается тварь, пострашнее иных высших демонов. Поэтому безумцев уничтожают, а не сажают на содержание.

Первым делом бросаю в Арсения проклятие, слабенькое, но ублюдку сейчас хватит. Затем реагирую на опускающуюся стену. Краем сознания ощущаю подавители, но маломощные, что-то подобное было на том уроке, где я выпендривался. Не помешают. Не стоят внимания.

За открывающейся стеной меня уже ждут трое, сразу видно — безумцы. Мужчины, исхудавшие, не скованные и пляшущие в предвкушении. Облачённые в больничные робы, пускающие слюни и неестественно прыгающие из стороны в сторону и дёргающие руками. Как наивно. Неподготовленного противника эти ребята могли бы напугать. Подготовленный, но не знающий, в чём подвох, попробовал бы достать их магией. Магия сработает плохо, эманации безумия, ауры искажения вокруг них сработают, как защита. Не абсолютная, но достаточная.

Я же разгоняю зверя и бросаюсь вперёд. Сношу первого всем телом, сопровождая это ударом. Вписывается спиной в стену, кровь разлетается брызгами из разбитого затылка. За спиной раздаётся выстрел, но я не останавливаюсь, продолжая атаковать. Второй безумец получает удар в грудь, а затем в шею. На меня бросается третий, но я перебрасываю психа через себя и обрушиваю на второго. А затем ударом ноги ломаю шею сначала одному, затем другому. За дверью ещё несколько выстрелов. Плохо, если они заметили, что Олег не умер, а благодаря анху он не умрёт даже с простреленной головой, и сейчас добивают...

Не позволяю себе отвлекаться, возвращаясь к столу. Беру остатки от приготовленных составов, пойдут катализатором. Слышу голоса у двери, мне незнакомы. На что они рассчитывали? Что я пущу в ход магию и испугаюсь, когда она не подействует? И что? От этих задохликов я бы и без зверя отпинался... Безумие? Страх протопчет безумию дорогу в разум? Не гарантировано, впрочем, у меня не просто вертекс восьмого ранга, он ещё и завершённый, что даёт от таких фокусов довольно хорошую защиту. Я привык к куда более мощным и жёстким заклинаниям ментального характера, и потому... Конечно! Менталисты! Здесь наверняка служат менталисты, способные контролировать безумцев, но я слишком быстро раскидал чудиков, менталист просто не успел зацепиться.

Состав готов. В этот раз загоняю силу, не жадничаю, мне нужно конкретное существо. В прошлый раз я был обессилен, пришлось пользоваться костылями, чтобы дозваться до теневого пантеона. Сейчас шёпот и тени сгустились ещё до того, как я отправил зов.

В комнате резко потемнело. По чувствам ударило откатом от открытия настоящего перехода между теневым планом и реальным миром. В темноте вспыхнули два красных глаза, направленные прямо на меня.

— Привет, старый знакомый. Давно мы с тобой не ходили на охоту... — срываются с моих уст слова на мёртвом языке.

Жнец удивляется, узнаёт меня. Для этого существа прыжки во времени — пустой звук. Мы встречались, мы вместе охотились! Если бы не это, с моими текущими силами Жнец бы меня порвал и сожрал, или ещё что похуже, он очень изобретателен во всём, касающемся ужаса и страха. Но мы со Жнецом были крепко связаны. Я не хотел взывать к этому пантеону, но... Посмотрим, к чему это приведёт.

Чёрные тени набрасываются на дверь. Раздаётся скрежет металла и преграда, способная удержать не очень сильного одержимого, сминается в бесформенную массу. Жнец отбрасывает её, случайно или специально размозжив то, что осталось от первого безумца, лежавшего у стены.