А друзья? Наверно, не стоит жалеть о потере того, чего на самом деле никогда не было. Хотя, если бы не огромная доза выпитого коньяка, вряд ли бы ему удалось рассуждать об этом так… философски.

***

Несмотря на приличную дозу принятого накануне алкоголя, ровно в семь утра Артём уже стоял у служебного входа столовой для сотрудников. И сейчас она казалась ему, как минимум, страшными вратами в другой мир, из которого нет возврата. До его слуха периодически долетали льющиеся оттуда странные командные крики и громкий звон посуды. Бедный парень уже несколько раз порывался развернуться и уйти, но что-то его всё-таки удерживало. Он сам убеждал себя, что стоит здесь исключительно от полной безысходности и чувства голода, но переступить порог всё равно не решался.

– Эй, рыжий, чего уставился? – поинтересовалась обогнувшая его высокая черноволосая женщина лет сорока на вид. – Ты что, новенький? Небось, воплей Надькиных испугался, – бросила она с усмешкой и, не дожидаясь ответа, схватила его за запястье и потащила к двери.

Упираться не было смысла, как и вырывать свою конечность из её рук. Хотя Тёме очень хотелось это сделать. Но пока он размышлял, как бы потактичней ответить на такую фривольность, они уже оказались посреди большой комнаты с кучей шкафчиков, где помимо них сейчас находилось ещё несколько человек.

– Галка, ты кого это нам притащила? – выдал молодой мужчина в длинном чёрном фартуке и белой рубашке. – Хотя, подожди… Ты ведь Фёдор? – обратился он к парню, на что тот лишь удивлённо кивнул. – Нам вчера шеф сообщил, что ты придёшь. Я – Лёха. Повар. И, кстати, сегодня ты в полном моём распоряжении. Возьми в шкафу форму и приходи на кухню.

С этими словами Алексей скрылся за дверью, оставляя Тёму непонимающе смотреть ему вслед. Но долго так прохлаждаться ему не дали. Всё та же Галка вручила нужные вещи и снова потянула за собой, приговаривая при этом, что впервые видит столь молчаливого и скромного мальчика. Услышав это, Артём лишь странно улыбнулся и обязательно рассмеялся бы в голос, если б не эта конспирация. Ведь кем-кем, а уж скромным его точно никто никогда не называл.

Шагая черед подсобные помещения столовой, Тёма чувствовал себя не иначе, как попаданцем в неведомый фантастический мир, где люди вроде и говорят на его языке, да только он их почти не понимает. Облачившись в серый костюм, состоящий из свободных брюк и такой же рубашки и натянув поверх длинный синий фартук, он всё же переступил порог святая святых этого места и… оказался в царстве хаоса.

Да уж, совсем не так представлял себе Артём это место. В его мрачных фантазиях кухня столовой выглядела грязной, с обшарпанными стенами и полом, с огромными вёдрами вместо кастрюль и витающим повсюду запахом чего-то тухлого. И работать там должны были непременно старухи с бородавками на руках, облачённые в грязные рабочие халаты. А в реальности оказалось, что место, куда он попал, выглядит совсем иначе.

Однажды, несколько лет назад, он случайно забрёл в кухню одного из ресторанов их гостиничного комплекса и был поражён царящими там чистотой и порядком. Так вот, та кухня, где он находился сейчас, оказалось ещё чище. Всё здесь было организовано по высшему разряду и выглядело впечатляюще. И безупречно белые стены, и пол, и сверкающие чистотой столы, и белоснежные костюмы персонала. Наверное, он бы ещё долго так простоял, удивлённо осматриваясь по сторонам, если бы его вовремя не окликнул Лёха. Да и то, до ошарашенного парня далеко не сразу дошло, что тот Фёдор, которого так упорно зовут, на самом деле – именно он и есть.

– Вот, – проговорил повар, подводя Тёму к огромной кастрюле доверху наполненной молодым картофелем, – это твоё задание на ближайшие два часа. Я пока буду занят, так что, если закончишь раньше, можешь немного отдохнуть.

– А… что с этим делать? – спокойно поинтересовался рыжий парень, непонимающе глядя на мелкие клубни.

– Федя, ты что, ещё не проснулся? – усмехнулся Алексей. – Конечно, чистить. Вон на столе нож и перчатки. И давай в темпе.

Его кто-то окрикнул и Лёха поспешил удалиться, оставляя своего нового работника в полнейшем ступоре. В очередной раз смирившись с неизбежным и решив рассматривать всё это, как какое-то приключение, Артём присел на указанное место, взял в руки нож и даже попытался поковырять им в картофелине. Хотел найти откуда начинать её чистить… как апельсин или киви, вот только этот молодой овощ никак не поддавался. Да и выглядел, мягко говоря, ободрано. Его тонкая кожура отделялась небольшими чешуйками, которые Тёма и додумался аккуратно поддевать лезвием. Он настолько сосредоточился на этом странном занятии, что далеко не сразу заметил присутствие рядом постороннего. А кода всё же почувствовал на себе чужой взгляд и поднял голову, то оказался немало удивлён открывшейся картиной.

– Нет, ну скажи мне, откуда ты такой взялся? – прошипела Галка, едва сдерживая смех. – Дурень ты, Федька. Кто ж так картошку чистит? Это ж надо?

В этот момент мутные очки Артёма впервые принесли ему практическую пользу. Ведь, если бы не они, то Галина обязательно узрела бы направленный на неё полный жуткого раздражения взгляд. И вряд ли бы после этого вообще рискнула приближаться к Тёме или продолжать свои насмешки. А так она видела перед собой лишь напряжённого паренька в очках с толстыми стёклами, растерянного и, как ей казалось, смущённого. Это-то и вызвало в ней странное желание помочь.

– Эх ты, неумеха, – продолжала она, подвигая к нему ещё один табурет и усаживаясь рядом. – Смотри и учись, пока я жива. Ты как вообще нож держишь? Такое чувство, что делаешь это впервые. Ну да ладно, смотри, нужно вот так…

По словам Галки, чистка картошки, как и приготовление пищи вообще, было целой философией. Она ловко орудовала ножом, соскребая с молодого клубня тонкую кожуру, и при и этом постоянно что-то говорила. Рассказывала о кухне, её обитателях, о шеф-поваре Надежде Ивановне… И в то же время строго следила, чтобы парень работал правильно. Тёма так увлёкся своим занятием и непрерывной болтовнёй женщины, что оказался очень удивлён, забрав из кастрюли последний клубень. Наверное, всё его смятение отразилось на лице, потому что Галка снова хихикнула и, отобрав у него нож, потащила к раковине.