— У тебя, что-то горит.

Вспомнила про курочку…Быстро побежала на кухню, она уже почти обгорела, выключила ее. И я моментально приняла решение…Я не смогу так с ним поступить….все расскажу прямо сейчас…Знаю, это очень рискованно, но он поможет, мы выкрутимся. Полна решимости направилась обратно, и от увиденного сердце сильно защемило, Марк прислонил голову на спинку кресла и заснул, увидела его пустой бокал на столе. Не успела, выпил. У меня нет времени, я должна идти. Очень медленно подхожу к нему и не могу оторвать взгляд от этого, любимого лица. Извини меня пожалуйста, надеюсь, придет время, ты поймешь и простишь. Люблю. Все это говорю не вслух, а сама себе. Быстро поднимаюсь на второй этаж, переодеваюсь и взяв рюкзак выхожу на улицу. Ловлю такси и езжаю на кладбище. В машине постоянно думаю, как сильно он разозлится, перевернет там все и будет искать меня. Мы с Данчиком переночуем в отеле, а к утру, до того, как проснется Марк, мы уедем…

В кладбище уже собралась толпа головорезов во главе Царя. Стоит там же, на могиле моих родителей, своими погаными и грязными ногами, улыбается, когда замечает меня. Сегодня с ним много людей, человек пятнадцать, темно, но я их хорошо вижу. Подхожу к своему кукловоду:

— Где мой брат…

— Он в машине…давай документы.

— Я хочу его видеть.

Он головой дает кому-то знак, один из его людей открывает дверь машины, вытаскивает оттуда моего брата. Даня замечает меня, выкрикивает мое имя и быстро бегает в моем направлении. Я подбегаю навстречу и мы крепко обнявшись падаем на землю рыдая навзрыд. Целую своего маленького в лоб, в щеки, не могу поверить, что он тут рядом. Такой исхудавший, в том же своем свитере. Целую одну ручку, потом вторую и вижу маленький обрубок от пальца, сдерживаю себя, чтоб не наброситься на того чудовища. Даня так крепко меня обнимает, боится, что его снова уведут. Я больше никогда не позволю этого…Достаю бумаги и протягиваю их…

— Отпусти нас…Я все сделала, как ты хотел…

— Я жду важный звонок, потом отпущу…

Его тон заставляет холодеть от страха, но я не показываю, продолжаю обнимать Даньку и вдыхать его аромат…Все мой милый, все закончилось. Этот ад длился слишком долго…Слышу звонок телефона и поднимаюсь на ноги, готовясь уходить…Его тон спокоен:

— Ты уверен? Проверил пульс?

Когда до меня доходит смысл только что сказанных слов, я очень медленно поворачиваю голову к моему кукловоду, будто не веря в то, что он только что сказал…Он видя мое лицо скалится своей чудовищной улыбкой.

— Сучка и правда думала, что это снотворное…

Смеется диким, звериным смехом, и не только он, смеются и другие, а я уже не чувствую почву под ногами, проваливаюсь на землю и начинаю дрожать всем телом, меня дико лихорадит. Сильно давит чувство необратимости. Даня подходит ко мне и обнимает сзади. Вздрагиваю, когда слышу как вылетает пробка от шампанского. Психопат открыл бутылку и громко кричит:

— Дааа, наконец-то, этот ублюдок сдох…

Не хватает кислорода, я задыхаюсь, слезы градом катятся одна за другой а сердце так сильно колит, что меня выворачивает пополам.

— Это ты убила его сука, в пакетике был яд…

И я открываю рот, но не могу произнести ни одного слова. Это очень жестоко, чтобы быть правдой. Мой Марк не может умереть…Кричу в немом крике, задыхаюсь…

— Отправил туда своего человека, валяется мертвый у себя дома. Молодец девочка. Ты хорошо поработала…

В эту минуту чувствую, что-то меня убивает изнутри, какой-то монстр, который вцепился когтями мне в душу и рвет ее по частям, не оставляя ничего, кроме темноты…Я издаю дикий крик, похожий скорее на вопль.

— Маааааааааааарк…….Любимыыыый……

Что я наделала…Как мне теперь жить…Кричу в истерике и проклинаю всех. Это кошмар не может быть правдой. Мне нужно уходить. Нужно пойти к нему….Встаю и хватая Даню пытаюсь уйти, но снова падаю на землю. Я не чувствую ног вообще. Он помогает, мой маленький помогает мне подняться. Я должна собрать себя, все потом, сейчас нужно скорее уходить. Страх затмевает все другие эмоции…

Царь резко хватает брата за шиворот и спокойно спрашивает:

— Далеко собрались?

Я не в силах ничего ответить, пытаюсь вырвать из его грязных лап брата, но ноги не держат, мне так плохо, мне кажется я теряю сознание…

Он одним резким движением сбрасывает Даню в ту самую, двухметровую яму. Я кричу в диком ужасе, не понимая, что происходит, кидаюсь ему под ноги и умоляю отпустить, каким-то безжизненным голосом. Он смеется и подняв меня на ноги толкает туда же, к брату. Тут очень темно, я трогаю Даню, убедиться, ничего ли не повредил, обнимаю, но он в таком страхе, что ничего не говорит…Чувствую его страх по напряженному телу:

— Мы хорошо повеселились. Но вам пора…

После его этих слов на нас сыпется земля. Сначала одна лопата, потом две. Даня крепко меня стискивает и шепчет на ухо очень тихо:

— Сестра, мы идем к маме?

От его этих невинных слов у меня начинается истерики я кричу так громко, что хрипнет голос и брат затыкает ладонями уши…

— За чтооооооо….Сукиииин ты сыыын….за чтооооо…

Но в ответ только тишина и земля все заполняет яму, мы уже по пояс в ней….И нет страшнее смерти, чем быть похороненным заживо…Уже почти смирилась, крепко обняла моего мальчика, закрыв его лицо и читаю молитву перед смертью.