— Похоже, нам придется терпеть прессу весь ужин, — простонала Кинсли, потянувшись вперед за своей карточкой с именем на столе. Меня усадили на место рядом с ней, но с того места, где я стояла, я не могла видеть другие карточки с именами. Насколько я знала, я могла бы сидеть рядом с болгарским толкателем ядра.

Вот это радость.

— Я пойду принесу нам чего-нибудь выпить. С тобой здесь все будет в порядке? — спросила Кинсли.

Я демонстративно закатила глаза.

— Я в порядке, честно. Ты что думаешь? Я собираюсь подбежать и трахнуть Фредди при первой же возможности?

Она улыбнулась.

— Или так, или влепить ему пощечину.

Когда она направилась к бару, я повернулась к толпе и возобновила поиски Фредди. Это не должно было быть трудно, просочиться сквозь лысеющих репортеров, но только когда у двери возникла суматоха, я поняла, почему до сих пор не нашла его.

Он только что приехал.

Они с Томом ворвались в банкетный зал, и все камеры в радиусе десяти миль повернулись и замигали в их направлении. Он на мгновение замер в дверях. Его костюм был сшит под его телосложение пловца, и его улыбка была достаточно широкой, чтобы у меня подогнулись пальцы на ногах. Он носил свой костюм легко и уверенно, и даже с другого конца комнаты мне хотелось трахнуть его.

Извини, Кинсли. Я солгала.

Он добродушно улыбался перед камерами еще несколько секунд, а затем отмахнулся от них, чтобы войти на вечеринку. Я застыла на месте, наблюдая, как он идет, и отчаянно надеясь, что он в конце концов найдет дорогу ко мне.

— Энди Фостер! Мы снова встретились!

Мое имя, произнесенное с пронзительным английским акцентом, заставило меня отвлечься от Фредди. Софи Бойл, репортер с кислым лицом, которая пыталась взять у меня интервью, вернулась и стояла за стулом напротив меня. Словно по сигналу, она потянулась за своей карточкой с именем и развернула ее. Софи Бойл было написано золотым курсивом.

— Похоже, мы будем соседями по столу, — сказала она с кривой ухмылкой.

Я покачала головой. Мы были единственными двумя людьми за столом, и будь я проклята, если останусь здесь, чтобы разбираться с ее домогательствами. Я повернулась, готовясь найти ближайший бар, и резко остановилась прямо перед тем, как врезаться в широкую, мощную грудь Фредди.

Он протянул руку, чтобы поддержать меня, но я быстро высвободилась из его объятий, слишком хорошо осознавая, что Софи Бойл стоит прямо за нами. Она уже подозревала, что что-то происходит, нам не нужно было подливать масла в огонь.

— Энди, — сказал он, возвращая жизнь моему имени.

— Извини…

Софи Бойл откашлялась у меня за спиной.

— Не нужно стесняться. Фредди, твоя карточка тоже на этом столе. Похоже, к тому времени, как подадут десерт, мы все будем хорошо знакомы.

Я покачала головой.

— Мне нужно выпить.

Фредди последовал за мной, и я не остановила его. В баре в дальнем углу банкетного зала было темно, тихо и, что самое главное, не было репортеров. Все они столпились у входа в комнату, готовые наброситься на следующего спортсмена, который войдет в двери.

— Я приходил к тебе на днях, — сказал он.

Я вздрогнула от печали в его голосе.

— Это был действительно плохой день, Фредди…

— Знаю. Как твое запястье?

— Пока не лучше.

Он кивнул.

— Мне так жаль, Энди.

Я отмахнулась от его извинений. Мы оба знали, что я не хочу обсуждать свое запястье.

— Ты должна знать, что я расторгаю эту помолвку, — сказал он. — Я не врал.

— Знаю, — сказала я, как только мы подошли к бару. — Я говорила с Джорджи.

Я заказала имбирный эль — хотя с удовольствием выпила бы рюмку текилы — а Фредди попросил воды.

— Так ты меня прощаешь? — прошептал он.

Я попыталась скрыть свою медленно расползающуюся улыбку.

Когда бармен отвернулся, Фредди обнял меня за талию и притянул к себе вплотную. Перед ним невозможно было устоять — перед его грудью, бедрами, животом. Он был твердым, в тонусе, но его прикосновение было мягким и теплым.

— Ты прекрасно выглядишь, Энди. Это платье…

Его рука скользнула вверх по моему животу, прижимая мягкий материал к моей коже чуть выше пупка.

Я сглотнула и покачала головой. В углу было темно, но не настолько.

— Не здесь, Фредди, и определенно не сейчас.

Он нахмурился.

— Тогда когда? Я пытался дозвониться до тебя последние два дня.

Я обернулась, чтобы взглянуть через его плечо, но никто не обращал на нас никакого внимания.

— Ты поговорил с Кэролайн?

Он засунул руки в карманы и кивнул.

— Да. Я же сказал тебе, что позабочусь об этом, не так ли?

Его карие глаза прожигали меня насквозь.