— Перегрин! — увидев в проходе молодого мага, Ингун подбежала к нему, сильно обняв, — Рада тебя видеть.

Слегка опешив от её радостного поведения, он неуверенно приобнял девушку в ответ:

— Да, я тоже рад тебя видеть, — девушка не спешила размыкать объятия, поэтому он спросил: — Как прошла дорога, в этот раз ты приехала без семьи?

Услышав вопрос Перегрина, её руки разомкнулись, и она со смущением на лице отошла в сторону:

— Было скучно… Я… Я хотела спросить тебя.

— О чём?

— Ну-у, мама отправила меня в Солитьюд… — неуверенно продолжила девушка, — Как она сказала: помочь в делах семьи…

Ингун рассказала о будущем заключение договора между их семьями, которые заключаются в поставках алкоголя в Хай Рок, и что ей придется находиться в Солитьюде, пока все это налаживается.

— … и пока я буду здесь, может мы сможем позаниматься алхимией? — закончила она свой продолжавшийся монолог, отведя взгляд в сторону.

— Ладно, только я сейчас занят, два-три дня будет во всю идти подготовка рыбной фермы, которую я планирую открыть недалеко от Содитьюда, — он пытался вспомнить свой "рабочий календарь", — После у меня появится свободное время.

— Спасибо, — она снова обняла Перегрина, — Можно мне пойти с тобой?

— Ты интересуешься рыбами? — раздался смешок.

— Нет, просто… Мне особо нечего делать.

— Тогда собирайся, я подожду тебя на выходе, — он согласился.

В ожидание Ингун, пока он стоял у входа в таверну, мысли Перегрина посещали размышления о очередном ученичестве:

«Пускай это нельзя назвать полноценным обучением, но это уже третий "ученик". Арания, которая напросилась в спутники, с которой мы подтягиваем боевые умения. Каалинда, которая не хочет продолжать наши отношения, и которой я помогаю с зачарованием. И теперь Ингун с алхимией. Красивый получил бы цветник, если бы он был направлен в другое русло… — также его посетила мысль о одном сильном маге, — Ладно, всяко лучше, чем создавать женских клонов самого себя, как это делал Дивайт Фир».

Ингун спустилась спустя несколько минут, накинув на себя походный плащ. Вместе с ней, они направились в сторону выхода из Солитьюда. Идти же им требовалось в сторону маяка. Чтобы до него дойти, нужно было спуститься к порту, и пройти по дороге под горой. Сама дорога не заняла много времени, тем более, они взяли с собой лошадей.

Вскоре они добрались до места назначения, где копошились шестеро рабочих, а недалеко от них сидела Улумфа, полирующая свой эбонитовый топор, пока меч покоился в ножнах на поясе. После победы на Харконом, орчиха не расставалась с этими находками, и Перегрин её понимал в этом. Подобное оружие слишком много стоит, а эти так ещё зачарованы на промерзание в месте раны.

— О, а вот и "босс", — ухмыльнулась на последнем слове Улумфа.

— Не надо меня так называть, — проворчал Перегрин.

Познакомив орчиху и любительницу алхимии, он больше времени уделил постройке, помогая телекинезом в некоторые моменты. В это время, Ингун расспрашивала Улумфу о знакомстве с магом, и их похождениях в Замке Волкихар.

***

Время продолжало идти своим чередом. Перегрин продолжал следить за постройкой фермы, иногда уделяя время на теорию, которую рассказывал Арании, и обучал Ингун рецептам, связанными с алхимией. Также, он записывал более подробно, знания о зачаровании, которые передавал Каалинде. Вот и сейчас, она находилась в своём кабинете на втором этаже, читая очередной пергамент с объяснениями, пока её помощница сидела рядом, и заполняла данные по продажам.

«Сложно как то, не удивительно, что магия со временем ушла от Мистицизма».

Помимо сложности в освоение, эта дисциплина очень затратная, в плане требуемой маны. Сама Каалинда уже далеко продвинулась в изучение нового метода зачарования, обогнав в этом самого Перегрина, который не мог столько времени тратить на одно направление магии. К сожалению для альтмерки, её помощница не была столь усидчивой, чтобы изучать вместе с ней.

— Кстати! — воскликнула вдруг Анси, — Перегрин похоже пошёл в отрыв, — она вскинула вверх кулачек, с улыбкой смотря на хмурую наставницу, — То он ходил с данмеркой, теперь та живёт у него в доме, а сейчас я часто вижу его в компании молоденькой нордки, — прекратив кривляться, она продолжила, — Эх, неужели моя теория разрушилась…

— Что ты несёшь, сама же знаешь, первая жрица Азуры, которую он зачем-то учит магии, а вторая из семьи Чёрный Вереск.

— Это совершенно не должно ему мешать.

— Хватит об этом, займись делом, — Каалинда перестала смотреть на свою помощницу, продолжив чтение пергамента под пристальным взглядом Анси. Через две минуты ей надоело, и она спросила: — Что?

— Ты не спросила про мою теорию!

— Потому-что я знаю тебя, и в твоей теории будет какой-то бред, — Каалинда снова хотела отвернуться, но её продолжал напрягать пристальный взгляд, — Ладно, говори.

— Раньше я думала, что этот имперец не ровно дышит к эльфийкам, — с деловым видом продолжила она, — Впрочем, если с той нордкой у него ничего нет, то я могу подтвердить свою теорию…

Каалинду начал раздражать этот разговор, они давно перестали быть больше, чем друзья и деловые партнеры, но её помощница постоянно упоминала его в подобном ключе.

— И что бы её подтвердить, мне нужно соблазнить его! — закончила Анси.

Прослушавшая половину рассказа босмерки, удивленная Каалинда не понимала, как разговор мог прийти в такое русло: