Лошади были не рабочие, а для украшения луга.

Таня и Сигурд шли промеж этих лошадей, и те смотрели на них, выворачивая глаза, всхрапывая, мотая головой, стуча боталами.

Тане было хорошо. Она смотрела на переступающие ноги Сигурда (по ее требованию он перерабатывал свою скользящую походку в обычную) и командовала:

– Правой, левой!

Сигурд шел, не приминая трав: лебеду, ромашки, пырей, одуванчики. Одуванчиков было особенно много. Поэтому молоко здешних коров считалось лечебным, а сияние луга казалось золотым.

– Сигурд, - сказала Таня, оборачиваясь к нему и видя сквозь него проступающий луг. Обрадовалась - Сигурд и внутри солнечный и ясный, весь золотой. Чистое луговое золото было в нем. И ей с ним и надежно и тепло. Сигурд, ты сегодня особенный, - сказала Таня и повернула к нему сияющее лицо. По нему ходили золотые отблески. Он глядел на нее.

– Что ты, девочка?

– Я могла бы все для тебя сделать. Все, все.

– Спасибо, Таня, я это знаю.

– Глупый, поцелуй меня сейчас же, сейчас, скорее... Крепче.

Опять щекочущее, электрическое ощущение, от которого хотелось и засмеяться, и закричать. Словно бы она нюхала большой и лохматый букет, весь в росе, в гудящих пчелах. Нюхала, погружала в него лицо по самые уши.

– Сигурд, - говорила Таня, - Сигурд...

– Что, Таня?.. Что?

– Сигу-у-урд...

Коровы смотрели на них, жуя траву. Ходили две трясогузки, желтая и серая, качали хвостиками. Далеко, на зеленом луговом фоне, полуголый человек с сачком гнался за желтой бабочкой. Бежал - словно катился.

Это был охотник - сборщик личной коллекции, один из миллионов нарушителей запретов.

Он махал сачком, но промахивался.

– Лимонница!
– закричала Таня.
– Хоть бы не поймал, ну споткнулся, что ли. Споткнись! Споткнись! Разбей нос!

Человек не споткнулся. Он догнал бабочку. Махнул сачком - исчезло ее веселое пятнышко.

– Он злой, злой!
– быстро говорила Таня.
– Он насадит ее на булавку, его надо проучить. Проучи его!

Бабушка пришла на веранду сильно запыхавшейся. Платье ее гремело. Платок упал на плечи.

Бабушка пришла точно к завтраку, но не стала пить крепко заваренный чай, не съела обычного яйца всмятку, хотя его и снесла для нее курица Пеструха, немного похожая на бабушку.

– Кормите детей, и пусть убегут, - велела бабушка и стала громко, порывисто дышать.

Папа скосился на бабушкин нос и вспомнил кучу дел. Он даже перечислил их вслух.

– Сядьте, Борис!
– приказала ему бабушка и загремела своим платьем.

По его металлу ползла рыжая муха с синими глазами. В углу сидел и смотрел на все дальнозоркий паук.

– Итак, Марина, что ты скажешь по этому случаю, а?
– Бабушка взглянула на Танину маму.

– Он славный мальчик, он мне нравится.

– Я только что с луга, купала ноги в росе. Моему флебиту это помогает лучше гормонов. Я их увидела там и точно знаю - он светится насквозь. Он кисейка!.. Слушайте.

Бабушка вынула из кармана платья свою записнушку и стала читать вслух, отставя ее подальше, на расстояние четкого зрения.

"19 июля. Подозрительное волнение в Т. По лицу проходят красные токи. Ясно, она влюблена - разузнать.

21 июля. Плохо ест, в глазах мечта, на молодых людей не смотрит. Подозрительно.

24 июля. Голос в комнатке. Посмотрев в отверстие, обнаружила прозрачную личность, влюбленную в Т. Слава богу, она безопасна. Следить".

Папа покашлял и спросил:

– Прозрачную? Это фигурально?

Ему не ответили, а мама всплеснула руками:

– Боже мой, как это чудесно! Он любит ее только душой. Духовная любовь в этом плотском мире.

– Не говори глупости, Марина, - отрезала бабушка.

– А скажите, эта бесплотная личность... он... бросил нашу девочку? осведомился папа и стал нервно потирать лысину.

– Да что ты! Он ее любит, в этом и зло.

Папа чихнул и вытер нос салфеткой. Забормотал:

– Ничего я теперь не понимаю. Отстал. Духовно, бесплотно... это модно? Простите, мамы, я пойду и выпью валерьянки.

– Ступайте, Борис, и прилягте на половину часа.
– Бабушка выдвинула челюсть.
– Видите ли, милая моя дочь, я хочу... я поклялась умереть прабабушкой. Да, - говорила она сквозь зубы, - да, ты знаешь, у меня идеальный характер, я все сделаю как надо. Я настаиваю, чтобы эти бесплотники знали свое место и не лезли к девушкам. Я хочу иметь правнуков! Слышите вы, глупая, восторженная и нелепая женщина?..