Теперь он обязательно воспользуется этой исключительной возможностью, решил Корд. И ответит на нее. Прерывистым, хриплым шепотом он обещал ей, что постарается ответить на ее любовь, клялся, что, если только она даст ему шанс, он сделает все, что в его силах, чтобы снова научиться любить.

Селин снова заметалась по кровати, срывая с себя простыни, что-то бормоча в бреду. Он поднялся с кресла, откинул москитную сетку, сел рядом с ней, крепко обнял обеими руками и прижал к себе.

– Селин, ты меня слышишь?

– Перса мертва, – прошептала она. Голова ее металась по подушке. – Прости. Я должна была знать. Должна была попытаться спасти… Пришлось бежать… Бежать.

– Ш-ш-ш… – Корд нежно отвел влажные пряди с ее потного лба. – Очнись, Селин. Ты в безопасности. Ты на Сан-Стефене.

– Корд… – Она снова затряслась от холода. – …Ненавидит меня. Ему не нужна жена. Не нужна. Не та… Я обманула… Он думает… я краду его память.

Он слишком хорошо понял, о чем она бредит. Сердце его разрывалось от боли. Сердце, которое давно умерло – так он считал, пока не встретил Селин.

– Селин, ш-ш-ш… Ты одна. Ты нужна. Ты – единственная. Пожалуйста, прости меня. Забудь все, что я тебе говорил! Забери мою память, делай с ней что хочешь. Помоги мне найти новые воспоминания. Только не оставляй меня!

Обняв Селин, он лег рядом. Она стучала зубами от сотрясающей ее дрожи.

– Корд… – долетел до него слабый шепот.

– Я здесь. – Он едва смог вымолвить эти слова. Печаль и раскаяние сжимали его горло. Она покидала его. Так же, как Алекс. Как мать и отец. Оставляла его одного.

Корд придвинулся к ней поближе, уткнулся лицом в ее волосы и дал волю слезам, которые так долго сдерживал. Плечи его сотрясались от рыданий. Но он не выпускал ее из своих объятий.

Душный, спертый воздух. Полумрак. Селин, ничего не понимая, оглядела комнату. Она думала, что проснулась в ново-орлеанском домике с лавкой, но окружающие ее в этой комнате вещи оказались ей совершенно незнакомы. Прочная москитная сетка окружала кровать словно сероватый туман. По крыше стучал дождь.

Она внимательно посмотрела на крюк, за который была прицеплена сетка, и попыталась вспомнить, каким образом могла оказаться в этой странной, незнакомой постели. Она попробовала сесть, но поняла, что слишком слаба – сил хватило лишь на то, чтобы повернуть голову. Когда взгляд Селин упал на молодого человека, лежащего рядом с ней, сердце ее екнуло и память вернулась – все встало на свои места.

Кордеро. Он жив, и она, похоже, тоже. Он лежал на самом краю кровати, голова его покоилась на согнутой в локте руке. По его ровному дыханию Селин поняла, что он крепко спит. С трудом подняв руку, она попыталась дотронуться до него, но пальцы ее наткнулись на тонкую москитную сетку. Девушка тяжело вздохнула: их разделяло куда больше, чем просто кусок кружевной ткани.

Словно почувствовав, что Селин пришла в себя, Корд приподнял голову и увидел, что она смотрит на него своими огромными глазами, которые еще больше выделялись теперь на бледном лице.

Из груди Корда вырвался вздох облегчения, сердце радостно запело. Как много ему нужно сказать ей! Он не знал, с чего начать, но, когда наконец собрался с мыслями и смог говорить, вымолвил только одно:

– Ты жива.

– И ты тоже. – Это был не голос, а шепот. – Где я?

– В моей комнате.

Он улыбнулся, откинул москитную сетку, и взял руку Селин в свои ладони. Она закрыла глаза, вдыхая его тепло и чувствуя его удивительную силу.

– Я думала, что умираю.

– Я тоже так думал в какой-то момент.

– Ты ужасно выглядишь, – сказала она, прикасаясь к щетине на его подбородке. – Почти так же, как я себя чувствую.

Она удивлялась происшедшей в нем перемене. Лицо его осунулось, под глазами легли глубокие тени и появились новые морщинки, веки припухли, чего она не замечала даже тогда, когда он сильно напивался. Он словно боялся отвести от нее взгляд. Она не возражала, потому что его глаза излучали тепло и какой-то совершенно новый, добрый свет.

Корду мало было только дотронуться до ее руки. Он сел с ней рядом, и кровать заскрипела под его весом. Корд боролся со страстным желанием обнять ее и прижать к себе, как он не раз делал за прошедшие четверо суток. Но Корд сдержался и только откинул с ее лба прядь волос.

– Как ты нашел меня? – Ей необходимо было его прикосновение, она потянулась к нему, нашла его ладони.

– Ада, Фостер и Эдвард подняли настоящий переполох. Бобо нашел одного парня – Филипа, и он признался, что тебя похитили.