Первые заклинания, которые полетели в Делакура, увязли в его защите, а затем он спустился на землю. Красное заклинание сорвалось с его палочки, и словно молния прошила пыль и темноту. Но, как я ощущаю, она ни в кого не попала. В общем, немного обосрался он таки.

После такой атаки ему пришлось защищаться, потому что отбиваться от пяти лучей было не самым простым делом. Решив ему немного помочь, я хлопнул в ладони. Сразу шесть волшебных палочек оказались передо мной. Оин взмах рукой и вся пыль оседает на землю.

Амел наконец-то увидел своих противников. Конечно, он собирался первым делом взять их в плен. Женщина была немного пухловатой и низенькой, но совсем не уродливой. Её дочь с большим испугом смотрела на меня и Делакура. Было видно, что она совсем не понимает, что здесь происходит. Кроме этого, страх в её разуме рисовал из меня и Амела истинных демонов.

Делакур связал их всех и поставил на колени в одну линию перед ним. Вначале шли четыре неизвестных мне волшебника, потом женщина, а уже затем мелкая девчушка и после этого его главная цель. Он начал ходить перед своими политическими противниками, наслаждаясь той силой, что у него сейчас была в руках.

— Ну что, друзья, — начал говорить он. — Вот и завершилась ваша политическая карьера.

— Ублюдок! — вскрикнул предводитель оппозиции. — Ты думаешь, что, захватив власть силой, и при помощи Английского Ублюдка сможешь сдерживать свободный дух Франции, то ты сильно ошибаешься. Я обратился к Оттону Шестому, чтобы он ввёл свои войска для подавления твоего нелегального захвата власти.

Оттон Шестой — король Германии и Император Священной Римской Империи, и то, что он обратился к нему, вызывает несколько вопросов. Первым делом, это то, что внутренняя ситуация во Франции начала всплывать на международной политической арене.

— И что он? — спросил Амел.

— Он заинтересовался, — с довольной ухмылкой проговорил волшебник. Не заметить удивленные и даже шокированные выражения лиц его товарищей, не мог и слепой. Кажется, они сами не были проинформированы об этом. — Так что... вам и вашим планам осталось совсем не долго жить.

— Удивительно, — протянул Амел. — Так просто взять и продать страну германцу.

Делакур покачал головой на это, а затем добавил:

— Хорошо, что ты сказал об этом. Теперь мы знаем и будем готовиться.

— Ваши надежды тщетны! — сказал тот и засмеялся. — У Оттона есть три магистра, которые вытрут полы твоим Английским Ублюдком. Так что даже не надейтесь.

Самое интересно было то, что он полностью верит в свои слова. Он верит в то, что Оттон Шестой пожелает начать войну против Франции ради какого-то эфемерного шанса, что его сторонник восстановит реальную часть своей власти. Не, вероятно, он может быть не самым умным волшебником, и сделать такую ошибку, но он тогда заплатит за неё большую цену.

Амел отошёл в сторону и остановился перед первым волшебником в линии. Подняв волшебную палочку, он просто выстрелил из неё заклинанием. Магия снесла голову волшебнику, и тот упал спиной на землю, выплескивая кровь.

— Есть что-то сказать? — поинтересовался у следующего волшебника Делакур, нацеливая волшебную палочку тому прямо в лоб.

— Месье, — проговорил он. — Я не поддерживал нападение на ваш дом! Я говорил, что политическая борьба должна оставаться политической.

Это была ложь. Мысленно этот волшебник желал пережить эту ночь любым способом. Он готов делать всё для того, чтобы выжить. А так-то он был один из первых, кто поддерживал план главного оппозиционера на физическое уничтожения меня и Делакура.

Амел посмотрел на меня, но, увидев кивок, снес ему голову.

— Не люблю крыс, — сказал он и подошёл к третьему волшебнику.

— Министр, — проговорил третий волшебник. Он выглядел очень спокойным. — Я проклинаю вас, на тысячелетия страданий. Надеюсь…

Договорить он не успел, потому что Амел снёс и ему голову. Четвертый волшебник выглядел напуганным, но Делакур не дал ему и слова сказать, снеся голову таким же образом, как и предыдущей троице.

Дальше он подошёл к женщине, которая едва ли сдерживала слёзы. Она была в панике и у неё было только одно желание – спасти свою дочь. Она мысленно молилась всем известным богам, чтобы они что-то сделали, дабы Делакур пощадил её дочь. В дополнение она была готова на всё… реально на всё.

— И что ты скажешь? — спросил он и перевёл волшебную палочку на девчушку. Она тоже была напугана, но не очень понимала, что происходит.

— Месье, — увидев, что на её дочь наставили палочку, она тут же обратилась к Делакуру плаксивым тоном. — Пожалуйста! Я ничего не знала о плане! Пощадите мою дочь! Пожалуйста.

И это было правдой. Ни она, ни мелкая девчушка, ничего не знали о плане главного оппозиционера. Так что я не думаю, что Амел должен их казнить. Он посмотрел на меня, в ожидании моей реакции. Я дал тому сигнал, говоря, что лжи в её словах не было.