Около дороги появились первые цветы. Лесники принялись расчищать лес от упавших деревьев. Сестра командира приезжала к нему каждое воскресенье, иногда даже и в субботу.

На заставу все чаще поступали сообщения о том, что на других участках границы на Запад прорываются не только отдельные лица, но и целые вооруженные группы, и это следует иметь в виду. Беглецов вела за границу уже не страсть к приключениям. Многие из них руководствовались политическими соображениями, при этом они нередко находили поддержку и убежище у тех людей в пограничных областях, кто ненавидел новую власть.

Карлик усердно занимался службой и переходить куда-либо не собирался. Он казался более доступным человеком, чем его предшественники, общался с вахмистрами и в неслужебное время. В деревне его тоже любили. Хорошие отношения установились у него со старым Зимой и таможенниками. Казалось, наконец-то появился командир, который устранит напряженность в отношениях, существующую между пограничниками и таможенниками вот уже два года. Только Стромек ему почему-то не доверял и глаз с него не спускал.

–  Знаешь, Вашек, - говорил он Цыгану, - он не та кой, каким прикидывается.

Ребята продолжали нести свои бесконечные двенадцатичасовые наряды. Всех их это изнуряло, хотя они были молоды и полны сил. Силы, однако, с каждым днем убывали. Весной к тому же они занялись еще и садом и стали приводить в порядок участок возле своего домика. Роубик копал грядки, Цыган выбивал одеяла. Карлик сидел неподалеку у дороги и загорал. Была суббота, и он опять ждал приезда сестры. К нему подошел вахмистр Барак. Он усердно кивал головой, видимо соглашаясь с тем, что говорил ему Карлик. Вскоре они вместе исчезли в лесовской аллее. Роубик посмотрел им вслед.

–  Кажется, они хорошо понимают друг друга.

–  Барак вертится вокруг него и в канцелярии, - сказал Цыган.

–  Да, не бывать тебе, пожалуй, заместителем, - засмеялся Храстецкий.

–  А зачем мне это нужно? Только хлопоты с такими шалопаями, как пан Храстецкий. Собачья служба!

Храстецкий вылил ведро помоев и выпрямился.

–  Вообще, штаб заставы теперь выглядит по-другому - Барак да еще Штрупл. А мы годимся только для того, чтобы ходить в дозор.

Мимо них проехала начищенная до блеска автомашина. За рулем сидел Карлик, рядом с ним его элегантно одетая сестра.

–  Ну, теперь будет тихо, - сказал Стромек. - Он ее привез. А вы заметили? На заднем сидении был Барак...

Вскоре небо затянуло тучами и хлынул ливень, так что средь бела дня пришлось зажечь свет. Гроза продолжалась два часа. Карлик на заставу не возвращался, наверное, он остался в ресторанчике. К вечеру один за другим вернулись патрули. Ребята промокли до нитки. Тех, кто отправлялся им на смену, ждала влажная, мглистая ночь в темных, мокрых лесах да болотистые тропинки - вода на каждом кусту, на каждой ветке. Ребята шли по мокрой траве в резиновых сапогах и плащах.

Карлик между тем уже сидел в канцелярии. Автомашина, вычищенная Бараком, стояла в сарае. Кстати, трофейный вездеход, недавно полученный заставой, был вечно не исправен и мок под дождем на дворе среди луж. Начало воскресного дня было, как всегда, спокойным. Однако в комнате Оливы сидели Иван и Стромек и совещались, прежде чем рассказать остальным пограничникам о том, что их взволновало: кто-то у столба № 22 перешел на ту сторону. Это обнаружил рано утром Олива, человек, для которого на границе никогда не существовало никаких тайн. На размокшей от дождя тропинке он обнаружил четкие следы, направляющиеся прямо к идущей в лощинке по ту сторону границы дороге. Там прошли два патруля, но это были не их следы...

–  Таких подметок я еще не видел, - рассуждал Иван. - Кто-то шел напрямик, уверенно. От вырубки до границы следы были заметны на расстоянии примерно ста метров, а потом еще на пятьдесят метров по ту сторону границы.

–  Этот человек наверняка шел или во время дождя, или сразу же после него. Но откуда?

–  Расскажем об этом ребятам, - решил Олива, - но только нашим. Взглянем-ка на эти следы!

Они достали из сарая старые, разбитые велосипеды, закинули за спины автоматы и, изо всех сил нажимая на педали, медленно покатили вверх по склону к столбу № 22. И в самом деле, следы там были. Нечеткие, расплывчатые, бесформенные. Следы одного человека. На другой стороне границы все было спокойно, только где-то в Трепике лаяли собаки да изредка доносился шум автомобильного мотора. Стромек ползал по тропинке чуть ли не на коленях.

–  Поехали домой и расскажем обо всем ребятам. На эту тропинку надо обратить внимание. Подумать только! Прямо на середине нашего участка границы... Мне это совсем не нравится.

–  Расскажите об этом шефу, - предложил Храстецкий, когда они поделились с ним новостью. - Пусть знает об этом и почаще посылает туда патруль. Там каждый ориентируется хорошо. Посмотри-ка на карту.

–  Охранять пересечение дорог. Прежде всего охранять пересечение дорог, - упрямо повторил Цыган. - Если пойдешь через чащу, глум будет слышен на кило метр. Об этом знает каждый болван.