– Основная - учительница четвертого класса школы, сэр. Но могу преподавать в первом, втором, третьем, пятом, шестом, седьмом и восьмом классах и имею хорошую подготовку по гуманитарным дисциплинам. Кроме того, умею петь в домашнем хоре, готовить обед и выполнять простейшие операции по шитью штопать дырки, пришивать пуговицы, поднимать петли на чулках.

– В последние модели фирма внесла много новшеств, - заметил старик, обращаясь к Денби.
– Когда они в конце концов поняли, что телеобучение приобретает популярность, они стали делать все, что в их силах, чтобы побить конкурирующие компании пищевых концентратов. Но толку не добились. Ну-ка, мисс Джоунс, выйдите из коробки и покажите-ка нам, как мы ходим.

Она прошлась по захламленной комнате; ее маленькие красные сандалеты мелькали по пыльному полу, яркое платье чем-то напоминало золотую осень. Затем она вернулась и встала в ожидании возле дверей.

Денби не в силах был сказать ни слова.

– Хорошо, - вымолвил он наконец.
– Положите ее обратно в коробку. Я беру ее.

– Пап, это для меня?
– закричал маленький Бил.
– Да?

– Так точно, - ответил Денби, и вручную подкатил коробку к дому, поднял ее на маленькую веранду, а затем сказал, - и для нашей мамочки также.

– Ну когда это кончится?
– сердито спросила Луара, стоя со скрещенными руками в дверях.
– Ужин давно остыл, а тебя все нет.

– Ничего, можно подогреть, - отвечал Денби.
– Бил, смотри!

Он, слегка запыхавшись, перетащил коробку через порог и покатил ее дальше по небольшому коридорчику в гостиную. В этот момент гостиной всецело завладел какой-то уличный торговец в красном, ворвавшийся туда через 120-дюймовый экран телевизора и вовсю расхваливавший новую модель "линкольна" с откидным верхом.

– Осторожней, ковер!
– вскричала Луара.

– Да не волнуйся, ничего с твоим ковром не случится, - сказал Денби, - и пожалуйста, выключи этот телевизор, а то ничего не слышно.

– Пап, сейчас я выключу!

Девятилетний Бил маленькими шажками подскочил к телевизору и одним ударом прикончил торговца в красном и все остальное.

Денби. чувствуя на своем затылке дыхание Луары, развязывал коробку.

– Учительница!
– задохнулась от изумления Луара, когда коробка наконец была открыта.
– Это все, что взрослый мужчина мог купить своей жене! Учительница!

– Она не просто учительница, - возразил Денби.
– Она также может готовить обед, шить... Она... она может делать все, что угодно. Ты всегда говорила, что тебе нужна помощница, вот ты ее и получила теперь. Кроме того, у Била будет учительница, чтобы помочь ему готовить уроки.

– И сколько же она стоит?

Денби впервые обнаружил, какое скаредное у жены лицо.

– Сорок пять долларов, девяносто пять центов.

– Сорок пять! Да ты с ума сошел, Джордж! Я экономлю буквально каждый цент, чтобы приобрести вместо нашего старенького бьюика кадилетт, а ты швыряешь такие деньги за какую-то старую поломанную учительницу! Что она понимает в телеобучении? Да она же отстала лет на пятьдесят, не меньше.

– Такая помочь мне не сможет, - заявил Бил, сердито поглядывая на коробку.
– Мой телепедагог сказал, что старые учителя-андроиды никуда не годятся. Они... они бьют детей...

– Ну это чепуха, - сказал Денби.
– Никого они никогда не били, я знаю это точно, потому что сам ходил в настоящую школу.

Он обернулся к Луаре.

– И вовсе она не поломанная и не отстала на пятьдесят лет. О настоящем образовании она знает больше, чем все твои телепедагоги когда-либо узнают. И к тому же она умеет еще и шить, и варить...

– Ну ладно, прикажи ей подогреть ужин.

– Сейчас.

Денби склонился над коробкой, нажал маленькую кнопку за ухом и, когда голубые глаза раскрылись, сказал:

– Пойдемте со мной, мисс Джоунс, - и повел ее на кухню.

Он был восхищен тем, как она легко, с полслова схватывает его указания, где, какие кнопки нажать, какие рычаги поднять или опустить, что означают те или иные цифры на индикаторах.

Минута - ужин исчез со стола и в мгновение ока принесен обратно: горячий, дымящийся, вкусный.

Луара и та смягчилась.

– Ну ладно, - сказала она.

– Я тоже так думаю, - обрадовался Денби.
– Я же говорил, что она умеет готовить. Теперь тебе не придется жаловаться на заедание кнопок, поломку ногтей и...

– Ну помолчи, Джордж. Хватит об этом.

Лицо жены вновь приняло нормальное для нее выражение ограниченности, которое в обычных условиях, вместе с темными горящими глазами и сильно накрашенным ртом даже придавало ей некоторую привлекательность. Но сейчас грудь Луары воинственно вздымалась, и она выглядела довольно грозной в своем новом золотисто-алом халате. Чтобы не осложнять положения, Денби решил промолчать. Он взял ее за подбородок и поцеловал в губы.