Она растаяла. Все эмоции скопились в нижних отделах сердца от нежных слов.

— О чём ты? — прошептала она, хотя понимала.

Лира надеялась. Возможно, это не идеальное место, но идеальное время. Много лет ничто в жизни она не могла контролировать. По сути, она отдала бразды правления Баэлю, включая девственность, по-видимому. Ну и к чёрту. Она присоединилась к Сайферу, и если попытка побега провалится, она либо умрёт, либо окажется в постели Баэля. Она не хотела ни того, ни другого, не испытав той страсти, которую обещала Сайфер.

Он накрыл её рот своим губами, и, будто поджёг фитиль, — тело вспыхнуло к жизни. Испепеляющая, огненная жизнь, возрождённая из холодного пепла её прошлого.

Лира открыла рот, и его язык скользнул между губ, погладив её и углубляя поцелуй. После этого, повалил Лиру на спину. Он не был груб, но и не нежен тоже не был. В том, как он сорвал с неё брюки, а затем с себя читалась отчаянная настойчивость, и когда он проложил поцелуями путь вниз по её подбородку и вдоль горла, крошечные, горячие укусы заставили стонать о большем.

Сайфер дал ей именно это, трахая ртом вплоть до вершины её груди, где провёл языком по краю декольте.

— Это так сексуально, — прошептала она, выгибаясь, чтобы помочь ему задрать майку.

— Нет, — сказал он, глядя на обнажённую грудь. — Это сексуально.

Опустив голову, он нежно втянул в рот сосок, посылая спираль эротических мурашек по телу. Его язык был волшебным, поглаживая и облизывая грудь. Наконец, одежда оказалась отброшена в сторону, и Лира приветствовала Сайфера между бёдер.

Его руки были повсюду, щекоча рёбра, поглаживая чувствительную кожу на тазовых костях и опускаясь ниже, к набухшему лону.

Она повернула бёдра навстречу прикосновению и обняла его, скользнув руками по скользким пятнам крови, и когда вскрикнула от горя, что, возможно, причиняет ему боль, он переместился и схватил её за запястье, держа за спиной.

— Нет, — выдохнул он ей в ключицу. — От твоих прикосновений становится лучше. — О, чёрт. Он был таким милым, таким сильным, таким неуместным в этом ужасном мире.

Она влюбилась в него прямо тогда и там, а обещание оставаться эмоционально отстранённой погасло в пламени, которое Сайфер разжигал, когда скользнул пальцем между складок. Она почти рыдала от эмоций и удовольствия, пока он ласкал её, — кончик пальца кружил по клитору, чередуя меры давления, добавляя лёгкие, как пёрышко, движения на кончике и несколько ударов сердца интенсивного, устойчивого давления у основания. Она не могла вынести того, как он манипулировал её телом с той же ловкостью, с какой пользовался клавиатурой.

Кульминационный момент поразил так сильно, что Лира едва могла даже хватать ртом воздух, когда волны экстаза распространились с головы до самых пальцев ног.

— Вот так, — пробормотал он. — Ещё. — Ещё? Её тело подчинилось этой команде, и второй взрыв потряс её. — Ещё раз, — прошептал он, и будь она проклята, если не оседлала его руку, достигнув очередного оргазма.

— Что ты со мной делаешь? — закричала она, хотя было плевать. Что бы он ни делал, мог продолжать.

Его горячее дыхание овевало её шею, когда он прижался к её входу.

— Подготавливаю тебя. — Его глубокий голос грохотал от мужской страсти. — И так ты всегда будешь отвечать мне.

О… да.

Обхватив лодыжками его бёдра, она выгнулась навстречу, застонав от ощущения, как его широкая головка протискивается в тугое лоно. Ощущение растяжения было терпимым; ожидание — нет. Задыхаясь от напряжения и предвкушения, она выдавила:

— Хочешь сказать, что взломал мою сеть?

Он посмотрел на неё сверху вниз, и голубые глаза светились интенсивностью, на губах был намёк на улыбку.

— У тебя был надёжный пароль, но я ещё не встречал того, что не мог бы взломать.

Он двигал бёдрами, входя в неё. Боль и удовольствие смешались, и это намного больше, чем она могла надеяться. Лира всегда сожалела, что они с Дейлоном так и не дошли до этого в отношениях, но теперь знала, почему нет.

Будучи ангелом, она всегда верила, что всё происходит по какой-то причине и что всегда есть план. Но за последние годы она растеряла эту веру. Возможно, это знак того, что она была права с самого начала, ведь знала, без сомнения, что сейчас тот момент, когда требовалась интимная связь. Интимная связь, которая напомнила жить, любить и бороться за жизнь.