Грею еду и сажусь есть, параллельно проверяю почту. Жду срочный отчет по тому отделению, в котором проторчал эти три дня.

Отрываю взгляд от мобильного и даже жевать перестаю. На пороге стоит Ксюша и удивленно смотрит на меня. Сонная, слегка растрепанная, в той самой сводящей с ума ночнушке, которую можно снять, едва проведя ладонями по ее соблазнительным, голым плечам. И от этого вида член моментально каменеет. Даже стискиваю челюсти, чтобы не подавать вида.

А она замерла на пороге и удивленно таращится на меня. И не двигается ни туда и ни сюда.

— Матвей Александрович? — потом сонно моргает и поправляет себя. — Точнее, Матвей? Вы… ты… вернулся? Уже? Сейчас?

Откидываюсь на спинку стула, прищуриваюсь и рассматриваю ее с легкой улыбкой.

Как хороша… Заспанная, без макияжа, со слегка растрепанными распущенными волосами…

Да знаю я, почему она моя жена. Вставляет меня от нее. Вставляет так, что я еле держусь, чтобы сейчас на нее не накинуться, не сорвать эту ночнушку и не овладеть ею прямо здесь на столе.

Дожился… Крыша едет от своей же жены.

Неожиданно…

Не думал, что встречу кого-то, кто будет вызывать у меня такую бешеную смесь эмоций.

— Скучала? — почему-то спрашиваю я, откровенно рассматривая свою молодую жену.

Знаю, что не скучала…

Она удивленно округляет глаза и молчит, а потом вдруг хмурится и начинает:

— Вы знаете, я… Точнее, ты… я… — и замолкает.

— Очень интересно, — улыбаюсь я.

Но она не разделяет моего настроения, и опять хмурится:

— Я прочитала договор, — смотрит на меня серьезно.

Ждет…

— Хорошо, — киваю я и продолжаю едва заметно улыбаться, рассматривая ее.

Видно, что ей неуютно под моим взглядом. А я не могу на нее смотреть иначе. Хочу ее, охренеть как!

Девчонка пытается не замечать мой раздевающий взгляд. Проходит в кухню и наливает себе воду. Отпивает и продолжает:

— Ничего хорошего. Договор просто… просто ужасный! — выпаливает это и опять смотрит, ждет реакцию.

— Ужасный? — задумчиво переспрашиваю. — Какой пункт не понравился?

— Какой пункт? — округляет глаза. — Да они все ужасные!

— Прямо таки все… — опять ухмыляюсь и встаю.

В глазах моей пугливой жены появляется настороженность. Бросает быстрый взгляд на дверь, потом на меня. Судорожно сглатывает…

Но не успевает решиться на побег. Видимо, еще не проснулась до конца, чтобы действовать быстрее…

Подхожу и упираюсь руками в столешницу по обе стороны от Ксюши, заключая ее в капкан. Она замирает и шепчет:

— Что ты делаешь?

Вместо ответа провожу носом по ее волосам, просто дурея от ее аромата, и хрипло шепчу ей на ушко:

— Я скучал…

Охреневаю от своих же слов. Вот это меня повело… И что самое странное, это правда. Скучал по этой девчонке, которая сносит мне крышу и вносит в мою жизнь какой-то хаос…

— Скучал? — удивленный шепот.

Нет, эту тему мы точно не будем продолжать…

Мягко провожу рукой по ее шикарным волосам, убираю их назад, оголяя восхитительную шейку, и жадно впиваюсь губами в нежную кожу, которая сразу же покрывается мурашками. Слышу рваный вздох… Какая же она отзывчивая к моим ласкам…

Запускаю ладонь в шелковистые волосы, притягиваю ее к себе и целую в сладкие губы. Такие мягкие, податливые… Сразу же врываюсь языком в ее горячий ротик, и она издает едва слышный стон.

Боже, малышка, что же ты делаешь со мной?

Подхватываю ее под попу и рывком усаживаю на столешницу. Развожу ее стройные ноги. Скольжу ладонями по обнаженным бедрам, задирая ночнушку.

— Матвей… — шепчет, пытаясь увернуться от поцелуев и свести бедра.

— Не бойся, — приглушенно хриплю ей в ухо и прикусываю мочку.

Ксюша вздрагивает и сильнее впивается пальцами мне в плечи. Этот поплывший взгляд, приоткрытые, припухшие от поцелуев губы…

Непроизвольно стискиваю ее округлую, соблазнительную попку сильнее, и начинаю покрывать нежную кожу на шее, плечах, ключицах жадными поцелуями, вырывая у нее приглушенные стоны.

Отпускаю попку и провожу ладонями по плечам, спуская бретельки и оголяя восхитительные полушария с маленькими розовыми сосками. Ксюша опять дергается, убирает руки с моих плеч и пытается вернуть ночнушку на место. Перехватываю нежные запястья и возвращаю к себе на плечи.