В тот же год было создано Пограничье. Лишенные Имен вознамерились не пропустить Дэгха в Пепельные Равнины, за что и были прокляты.

Пограничье было территорией безраздельной и безграничной власти Лишенных Имен. Только они могли там творить Волшебство. Только они и те, кому они позволяли это делать. Зеленые леса были населены Стражами Пограничья, не трогавшими тех, кто не пытался пройти в Пепельные Равнины без разрешения Лишенных Имен.

А потом Император сумел победить Лишенных Имен. Он уничтожил Айлегрэнд, стер его под корень, проклял Стражей Пограничья и превратил их в чудовищ, безжалостно вырезал тех, кто селился в пограничных лесах… Лэгри оказался сильнее восставших.

Самих Волшебников лишили чародейских сил, как рабов приволокли в Альтхгрэнд и «справедливо» судили, приговорив к смерти, лишению Имен и вечному заключению их душ у Корней Земли в огненной темнице.

Но самым страшным наказанием оказалось именно лишение Имени. С Именем ушло что-то очень важное, какая-то составляющая личности каждого из Чародеев. Теперь они были прежними, но и в то же время потеряли свою цельность, потеряли покой и душевное равновесие. Тигр не мог никак вспомнить, какими они все были до казни, но понимал — теперь они другие. Ощущалась внутри некая пустота, словно вырвали из души кусок и оставили вечно саднящую кровоточащую рану…

Но Гюрза смогла отомстить. Страшно отомстить. Оказалось, что она еще до того как их лишили колдовских сил, заготовила заклинание. Оно должно было раскрутиться, если погибнут четверо из пяти Чародеев. Так и случилось.

Тигр вспомнил свой ужас на эшафоте, когда он увидел, как разворачивается это чудовищное заклинание, как оно ударяет в волшебную защиту Императора и сминает ее будто бумажную. Тигр пытался остановить действие этого заклинания, но не смог — сил не хватило. И следующим его воспоминанием был огонь подземной темницы и мучительный крик Гюрзы…

Этого крика Тигр никогда и никому не мог простить. Он клялся себе, что все повинные в этом крике еще поплатятся. Все. Включая Андрея Элайна, брата одной из Лишенных Имен. Брата Гюрзы, вольно или невольно всех предавшего…

***

Андрей долго не мог заснуть. Мешал лунный свет, пробивавшийся сквозь неплотно задернутые шторы, мешали мысли о Кобре, Нимфе и Грифе. Мешало многое.

Но все же он заснул. И снились ему ажурные мостки, уходившие ввысь к тонкому шпилю серебристой башни. Андрей, запрокинув голову, долго смотрел на врастающие в небо башни. Небо было глубоким, темно-синим, в белых шлейфах облаков.

Откуда-то послышалась негромкая песня. Она приближалась, но очень медленно. Андрей оторвал взгляд от неба и посмотрел вдоль улицы. Изящные, больше похожие на беседки, ажурные дома стояли свободно, не теснили друг друга, не старались отобрать у соседа побольше места. Между домами не было заборов, а раскинулись великолепные сады. Лишь изредка два участка сада разделялись живой изгородью. Огромные белые цветы росли по обочинам дороги и разливали в воздухе потрясающе тонкий и очень приятный аромат.

Эльфъе поселение.

Андрей пожал плечами и пошел навстречу неведомому певцу, все еще не показавшемуся из-за поворота. Сотник Серого Отряда шел быстро, бряцая такими неуместными здесь шпорами. С певцом он столкнулся неожиданно. Это былмолодой эльф. Он неторопливо, часто останавливаясь и заглядывая за живые изгороди в сады, шел в сторону Андрея. Эльф был высок, строен, как и все представители его расы. Живые черные глаза эльфа светились весельем и каким-то задором. Его темно-каштановые вьющиеся волосы рассыпались по плечам и матово поблескивали в лучах солнца.

Эльф увидел Андрея и остановился. Одним движением он забросил лютню за спину и помахал человеку рукой. Эльф был одет в удобные мягкие брюки из шелковистой синей ткани, белоснежную рубаху и короткий, не достигающий даже колен, плащ. На ногах эльфа были мягкие туфли. Оружия не было вообще.

— Привет! — доброжелательно проговорил эльф Андрею. — Ты недавно приехал? Я раньше тебя не видел, а людей в нашем городке не так уж и много.

— Я… —Андрей запнулся.

— Да ты не робей! — Эльф покровительственно хлопнул Андрея по плечу. — Меня зовут Ринф, а тебя?

— Андрей, — сотник потер лицо ладонями.

«Надо немедленно проснуться! — подумал он в панике. — Меня не интересуют эльфы! Я их видеть не желаю!»

— Знаешь, Андрей, ты правильно сделал, что приехал именно к нам, — говорил тем временем Ринф, увлекая сотника за собой куда-то в сторону центра поселения. — У нас к людям наиболее терпимо относятся. В других поселениях их просто не выносят. Да и то верно. Если бы не вы, то нам не пришлось бы прятаться за милями Безжизненных Земель. Однако Волшебники селятся обособленно, а все остальные Чуды разбились по расам и теперь тоже живут отдельными группами. Мы общаемся друг с другом, но не слишком много. Людей не-Волшебников здесь почти нет. И живут они только либо у нас, у эльфов, либо у домовых и прочей домашней нечисти, которой надо, чтоб хозяйство, подворье было… А у нас все так же, все по-прежнему. Кто к нам со всей душой, того и мы привечаем! — Ринф засмеялся. — Я думаю, тебе у нас понравится. Кстати, как ты перебрался через Пепельные Равнины? И какие новости с Пограничья?